Беглецы были наполовину оглушены, но англичанин потащил Ройан под прикрытие уступа. Там была маленькая ниша, куда они забились и прижались как можно плотнее к стене. Когда полетели первые обломки утеса, оба вздрогнули. Огромные глыбы подскакивали в воздух, словно резиновые, набирали скорость и наконец врезались в их укрытие с такой силой, что огромный камень, за которым они спрятались, задрожал и загудел, как соборный колокол. Один гигантский каменный снаряд перелетел над головами путешественников и упал в реку, подняв волну, метнувшуюся на берег.
Это был всего лишь предвестник бури, обрушившейся следом. Казалось, на них валится половина горы. Когда очередной снаряд разбивался об укрытие, в воздух летели осколки, поднималась пыль и пахло серой от кремниевых искр. Обломки скалы пролетали над головами или скапливались спереди, сверху сыпался дождь из мелких камешков и пыли.
Николас прикрыл Ройан собственным телом. Его ударило одним из обломков по голове, да так, что в ушах зазвенело. Однако англичанин сжал зубы и поборол порыв поднять голову и посмотреть, что происходит. По коротким волосам над правым ухом что-то заструилось, как живое существо, но, только когда струйка добралась до уголка рта, оставив металлический привкус, Харпер осознал, что это кровь.
Каменная пыль сыпалась на беглецов, раздражая горло. Она заставляла их кашлять в два голоса, забивалась в глаза, вынуждая плотно закрыть ресницы и не пытаться оглядываться.
Один кусок камня, размером с фургон, подпрыгнул высоко и упал совсем рядом. Земля столь яростно содрогнулась, что Ройан, сверху которой лежал Николас, получила сильный удар по животу и диафрагме. Некоторое время она не могла дышать, казалось, будто сломаны ребра.
Постепенно поток земли и камней начинал редеть. Столкновения огромных валунов с их укрытием стали более редкими, пыль потихоньку оседала. Грохот и рев делались все тише. Слышались шорохи оседающего грунта и шум реки внизу.
Николас осторожно поднял голову и попробовал поморгать, чтобы прочистить глаза от песка. Ройан зашевелилась под ним. Тогда Харпер отполз назад и сел. Они уставились друг на друга. Их лица превратились в маски японского театра кабуки, а волосы напоминали парики французской аристократии восемнадцатого века.
– У тебя кровь течет, – прошептала Ройан голосом, хриплым от пыли и пережитого ужаса.
Николас поднес к лицу руку и, отняв, увидел, что она покрыта пастой из земли и крови.
– Царапина, – заявил он. – А ты как?
– Кажется, вывихнула колено. Что-то сдвинулось, пока я падала. Вряд ли это серьезно. Почти не болит.
– Тогда нам просто неприлично повезло, – сообщил англичанин. – Обычно людям не удается пережить такое.
Ройан попыталась встать, но Николас остановил ее, положив руку на плечо:
– Подожди! Весь склон покрыт разбитыми камнями, они еще не слежались. Некоторое время сверху еще будут сыпаться обломки. – Он развязал бандану и протянул спутнице. – Кроме того, мы не хотим… – На середине предложения Харпер и замолчал.
– Что ты собирался сказать? – дрожащим голосом спросила Ройан, вытирая лицо. – Кроме того…
– Кроме того, мы не хотим сообщать этим ублюдкам, что пережили их маленькую вечеринку в нашу честь. Иначе они нагрянут сюда, стремясь перерезать нам горло. Пусть лучше считают, будто мы сдохли, как и предполагалось.
– Ты хочешь сказать, что они все еще там и поджидают нас? – Ройан в ужасе уставилась на Николаса.
– Можешь на это рассчитывать, – мрачно ответил он. – Они там вне себя от радости, что наконец избавились от конкурентов. Не надо показываться прямо сейчас и разочаровывать их.
– Как ты догадался, что произойдет? – спросила Ройан. – Если бы ты не схватил меня… – Она умолкла.
Харпер в нескольких словах объяснил про обрывок обертки от гелигнита.
– Самая простая вещь в мире – выбрать узкую часть тропы и заминировать скалу…
Николас умолк, потому что донесся слабый, но легкоузнаваемый звук мотора вертолета, собирающегося взлетать.
– Быстро! – скомандовал он. – Забирайся как можно глубже под навес. – Харпер прижал Ройан спиной к валуну. – Лежи тихо. – Она повиновалась без лишних слов, баронет сам лег рядом и навалил на них камней. – Не двигайся. Что бы ни случилось, не двигайся.
Они лежали и слушали звук приближающегося вертолета, кружившего рядом. В один момент он завис прямо над их укрытием. До беглецов долетели волны воздуха от винтов.
– Ищут выживших, – мрачно проговорил Николас. – Не шевелись. Они пока что не заметили нас.
– Если они наблюдали за нами до взрыва, то должны подлететь прямо сюда. Видимо, запутались.
– Скорее всего, из-за пыли, оползня и обрушившейся скалы нас потеряли. Не знают, где мы залегли.
Звук вращающихся лопастей двинулся вверх по реке, и Николас заявил:
– Я рискну выглянуть на секунду. Хочу убедиться, что это работа «Пегаса», хотя вряд ли в округе много вертолетов. А ты лежи и не шевелись!
