А впрочем, вокруг нет ничего примечательного, ничего интересного, что отличалось бы от предыдущих картин на телевизионном экране. «Люцифер» все время шел, минуя города и большие села: Капитан намеренно не хотел привлекать к себе внимания. И здесь так же, как было до этого: поле, телеграфные столбы, роща на горизонте, совсем безлюдно, только где-то вдали несколько небольших домиков. А вблизи - перекресток, здесь, очевидно, пересекались дороги с севера на юг и с востока на запад. Почему «Люцифер» остановился здесь?..
Юноша посмотрел на капитана. Но тот, нахмурив густые брови, как будто ждал чего-то оторвавшись от вычислений на машине. Чего именно?
Алесь услышал сигнальный звонок. Это означало, что открываются внешние двери «Люцифера». Ах, вот оно что! Вон Валенто Клаудо легко выскочил из машины и быстро направился к указателю на перекрестке дорог - невысокому столбику с досками, торчащими в разные стороны, которые указывали направление к тому или иному городу. Неужели Валенто хочет проверить правильность маршрута «Люцифера»? Удивительно, удивительно …
Между тем Валенто Клаудо подошел к указателю, остановился возле него, внимательно к чему-то присматриваясь. Вот он читает какое-то объявление на белом листке бумаги. Видимо, объявление было совсем свежее, недавно приклеенное, потому что когда Валенто взялся за его край и потянул, листок легко оторвался от столба. Размахивая им Валенто Клаудо уже возвращался к машине.
Снова раздался сигнальный звонок, и «Люцифер» тронулся, постепенно ускоряя ход. В кабину управления вошел Валенто Клаудо. Он протянул Капитану лист бумаги - сорванный им с дорожного указателя.
Валенто стал возле штурвала, а Седой Капитан громко, четко выговаривая каждое слово, начал читать:
К сведению населения.
В последнее время на территории Иберии появился преступник, который называет себя Седым капитаном и отличается дерзскими антиправительственными выходками. В действительности это беглый узние, бывший инженер Эрнан Рамиро, обвиняемый во многих государственных преступлениях и приговоренный к пожизненному закоючению.
Поскольку этот неисправимый преступник и дальше пытается проводить антигосударственную деятельность, он объявляется вне закона.
Каждому, кто доставит вышеупомянутого Эрнана Рамиро (он же Седой Капитан) в ближайшее отделение полиции или управление жандармерии живым или мертвым, будет выдано вознаграждение в семме 100 000 пезет.
Каждый, кто имеет сведения о местопребывании вышеупоиянутого Эрнана Рамиро (он же Седой Капитан), или его автомобиля под названием «Люцифер», или его сообщников, - должен немедленно под страхом сурового наказания сообщить об этом в полицию или жандармерию, за что получит вознаграждение 25 000 пезет.
Особо уполномоченный государственной полиции
Мигель Хуанес.
Дочитав до конца, Капитан смял в руке объявление и швырнул его в угол, а потом еще и вытер носовым платком руки, словно они были испачканы афишей. Алесь с немым вопросом в глазах смотрел на него. Молчал и Валенто Клаудо, держа в своих больших, мощных руках штурвал.
Наконец Капитан заговорил. Густые брови его сошлись на переносице, нахмуренное лицо стало жестоким. И хотя он старался говорить сдержанно, не показывая своего возмущения, - горечь и гнев, большой, нарастающий гнев чувствовался в его словах, горечь и гнев, которые не могли скрыть ни внешнее спокойствие, ни строгое, металлическое звучание голоса. Алесю казалось, еще минута - и Седой Капитан не выдержит этого внутреннего напряжения, сквозь его привычный панцирь сдержанности прорвется снова, как это однажды уже случилось, взрыв пламенной страсти, на которую был способен этот странный, противоречивый человек.
- Значит, мне объявлена война не на жизнь, а на смерть, - сказал Эрнан Рамиро мрачно. - Государственный преступник, объявленный вне закона, - и всякий кто захочет, имеет теперь право убить меня да еще и получить награду… Что ж, должен отдать должное государственной полиции и ее особо уполномоченному Мигелю Хуанесу. Они быстро установили мое настоящее, многими забытое имя. Все правда - кроме одного. Я никогда не был государственным преступником и не помню за собой никакого преступления вообще… если не считать моего отказа работать на фалангистское правительство…
- Это и есть ваше главное преступление, Капитан, - отозвался Валенто Клаудо. - Вам бы простили и забыли все, если бы не было этого!
- Да. Вы правы, Валенто. Ну что ж, на войне - как на войне, говорит старая пословица, - невесело улыбнулся Седой Капитан. - Я уже говорил не раз, что не хотел бы вредить никому, кроме действительно виновных в преступлениях… Однако теперь выбора не остается. Идя к своей цели, я вынужден защищаться, и доказать всем, что со мной нельзя шутить. Это поможет людям выбрать нужный путь: или со мной, или…
Что-то очень неумолимое, жестокое блеснуло в его гневно прищуренных глазах.
