– Ты используешь его. И я не виню тебя, – опередил он его, когда увидел, что Курт готов возразить. – Потому что он тебе это позволяет. А делает он это потому, что испытывает настоящие чувства к тебе. Глубокие и чистые. Ты не мог не заметить. Теперь, по логике вещей, мне следовало бы позволить Блейну вернуться домой, не говоря тебе того, что я собираюсь сказать. Но я сделаю это, потому что… потому что я полный идиот, думаю… Блейн не знает, что ты пытался связаться с ним. Потому что я удалил каждый твой звонок и каждое сообщение.
– Замечательная штука логика, – улыбнулся Курт с горечью.
– Мы говорим о страсти, Курт. Что в ней может быть логичного? Так что, он не знает, что ты искал его, и можно оставить всё как есть, если хочешь. Он вернётся в Чикаго, найдёт себе хорошего парня и начнёт с ним серьёзные отношения. Или, – повысил он немного голос, видя, что Курт снова готов перебить его, – ты приводишь мысли в порядок, решаешь, чего в действительности хочешь от этого парня и на этот раз даёшь ему настоящий шанс начать что-то с тобой.
– Я не знаю, что... – начал Курт, но Тэд поспешно прервал его.
– Нет! Не говори мне ничего. Решай сам, и пожалуйста, Курт, прошу тебя, будь уверен в том, что делаешь. Я не хочу снова видеть, как Блейн страдает. Он заслуживает быть счастливым. И если ты считаешь, что не сумеешь сделать его счастливым, отпусти его, прошу тебя, – заключил он, глядя в глаза Курту, который слабо кивнул в знак согласия. – Жди его здесь, он скоро вернётся. Я ухожу и оставляю вас наедине, – сказал он, наконец, решительно направляясь к двери.
– Тэд? – окликнул вдруг его Курт. – Мне жаль, но… наверное, я тоже должен быть искренним с тобой сейчас. Есть кое-что о Себастиане, что тебе следует знать, думаю.
Никогда не перестаёшь ошибаться.
Жить, значит ошибаться.
Ошибаешься из гнева, любви или ревности.
Ошибаешься, потому что ты не совершенен.
Потому что не можешь знать всего.
Ошибаешься, потому что душа человека непостоянна, как ветер.
Ошибаешься, потому что только так можешь научиться чему-то.
Так говорят.
Но Тэд никогда в это не верил.
Однако, пока Курт говорил, ему пришлось изменить своё мнение на этот счёт.
На этот раз была его очередь остаться без слов из-за правды, которой он никак не ожидал.
Была его очередь узнать, что он ошибался насчёт Себастиана Смайта, как никогда и ни с кем в своей жизни.
Жаль, что некоторые вещи, в большинстве случаев, узнаёшь слишком поздно.
Блейн любил проводить время с Эрикой.
Поэтому, когда Фейт сообщила ему, что у неё встреча с Куртом, он сразу вызвался посидеть с девочкой.
По возвращении, Фейт сказала, что Курт, как Блейн и ожидал, заверил её, что восстановит регулярные выплаты уже со следующего месяца.
А также, что он хочет познакомиться с малышкой, и Блейн знал, что Курт, без сомнения, полюбит её так же, как любил он.
Рядом с этой девочкой он чувствовал себя в согласии с собой и с миром.
Возможно, ей удастся совершить такое чудо и с Куртом.
Вернувшись в комнату Тэда, который назначил ему встречу там и который, очевидно, сейчас был в ванной, судя по исходившим оттуда звукам, он мысленно вернулся к разговору с Фейт и понял, насколько огорчён тем, что, судя по всему, Курт ничего не спросил у неё о нём.
Они не созванивались и не виделись уже два дня.
Блейну пришлось постоянно совершать над собой насилие, чтобы не позвонить ему, в чём его поддерживал Тэд, не оставлявший его ни на мгновение.
Но, похоже, для Курта это было проще.
Больше того, вероятно, он был только рад избавиться от него.
– Блейн? – раздался вдруг голос позади него, заставляя подпрыгнуть от испуга.
Он узнал бы этот голос даже среди тысячи других.
Он обернулся и увидел, что вовсе не Тэд вышел из ванной, а Курт.
Что здесь происходило? Ему устроили засаду?
Блейн был зол, и на этот раз всерьёз.
Что он там делал?
Возможно, Тэду показалось недостаточно одного удара, возможно, ему следовало добавить.
Теперь, когда он уже решил вернуться домой, Харвуд не мог устраивать ему такие шутки.
– Я ухожу, – сказал он с убеждением, снова направляясь к выходу. Но Курт оказался проворнее и успел схватить его за руку, вставая между ним и дверью.
– Прошу, дай мне только… десять минут, ладно? – попросил он взволнованно.
– Для чего, Курт? Хочешь дать мне еще одну пощёчину или, может, вылить на меня еще немного оскорблений? Хочешь повесить на меня ещё какие-нибудь проступки Бастиана?
– Ты не против, если сейчас мы поговорим не о Себастиане, а о нас с тобой? – решительно остановил его Курт.
– Не существует нас с тобой, Курт. И никогда не было, потому что ты в действительности не хотел, чтобы между нами что-то было. Признай уже это, блять! – яростно набросился на него Блейн, потому что это уже переходило все границы.
– Я… не... думаю, что... – отшатнулся Курт, потому что знал, что это обвинение, в сущности, было справедливым. Даже когда он сам сказал, что хочет всерьёз попробовать построить с ним отношения, в действительности, он не позволил себе этого сделать. Он сдерживал себя.
