– У меня может и не получиться, Тэд, а я хотел бы...
– Нет, тссс... вернись ко мне, Бас. Вернись, и я выйду за тебя. Это единственное, о чём я тебя прошу.
И поскольку этого не хватило, чтобы успокоить его, Тэд решил подкрепить слова поцелуем, припав к его губам с таким жаром, будто завтра не наступило бы.
И, кто знает, возможно, для них это действительно было так.
Но сейчас в их распоряжении было настоящее, и они собирались насладиться им.
Сантана обожала смотреть на спящую дочь. Она была способна проводить целые вечера, наблюдая за ней в тишине.
Следя за движениями её ручек, которыми девочка иногда слабо взмахивала во сне. За выражением её личика, то спокойного, то хмурящегося, в зависимости от того, что ей снилось.
Вдруг пара нежных рук обвила её сзади, и Бриттани мягко коснулась поцелуем её шеи.
– Мне вас не хватало, – прошептала она ей на ухо.
– А нам тебя. Но я поняла, почему ты нас оставила, и, думаю, должна тебя поблагодарить. И когда ты будешь готова вернуться, мы будем ждать тебя здесь.
– Доктор говорит, что я могу это сделать. Послеродовая депрессия это нормально, и моя сейчас уже под контролем. Я просто не хотела рисковать причинить ей вред, Сан. Я чудачка… и слабая, а она теперь моя жизнь. Может, я выбрала более легкий путь, оставляя её на тебя, но я...
– Эй, эй, хорошо, я поняла, – перебила её Сантана, обернувшись и обнимая её за плечи. – Мы ведь никогда и не прощались. И что бы ни происходило, начиная с сегодняшнего дня, мы справимся с этим вместе. Не стану скрывать, эти два месяца без тебя стали испытанием. Но я их преодолела. И я в порядке, как и Джудит. А теперь и ты. Ты уже потеряла два месяца жизни нашей дочери, и ты сделала это ради её блага. В чём же мне тебя винить? Сейчас тебе лишь остаётся вернуться, чтобы мы могли снова стать одной семьёй.
– Миссис Бингли звонила мне почти каждый вечер, знаешь? И подбадривала меня, всё время напоминала мне о вас.
– Правда? – спросила Сантана, потрясённая до глубины души этим открытием. Кто-то, возможно, счёл бы поведение Люси навязчивым, но не она. Сантана видела в ней вторую маму, которая переживает за своих детей. Которыми были все они, в некотором смысле.
– Да. Она всё время напоминала мне, что нет никакого смысла опускать руки. Что я могла бы найти тысячу других женщин и других семей, но ни одна женщина не была бы тобой, и никакая другая семья не стала бы моей. Она помогала мне бороться, чтобы выздороветь. И говорила, как гордится мной, когда я рассказывала о моих улучшениях. За два дня до смерти она позвонила мне и сказала, что пора возвращаться. И я сразу поняла, что она права... так что... Мои чемоданы снаружи, – сказала Бриттани, склонившись, чтобы легко поцеловать в губы свою женщину.
– Хм, не слишком ли самоуверенно, Пирс, – поддела её Сантана, тем не менее, уже мягко подталкивая Бритт к кровати.
– Нет, я уже была готова прибегнуть к тяжёлой артиллерии, чтобы убедить тебя позволить мне вернуться.
– Какого рода тяжёлой артиллерии?
В ответ на этот вопрос Бриттани распахнула блузку, демонстрируя черное кружевное неглиже под ней. Сантану этот жест возбудил и развеселил, одновременно. А ещё она осознала, что снова счастлива, и, не сдерживаясь, рассмеялась, и её женщина тут же присоединилась к ней.
– Мне тебя дьявольски не хватало! – воскликнула она затем, толкнув Бриттани на кровать.
– А мне тебя, любимая, – ответила та, за секунду до поцелуя.
После чего были лишь вздохи и признания в любви, произнесённые шёпотом, и стоны.
И два сердца, которые наконец нашли друг друга после долгих блужданий.
– Обожаю твою квартиру, знаешь? Сразу видно, что это твой дом.
Продолжал повторять на разные лады Блейн вот уже почти двадцать минут, с тех пор как, вернувшись с похорон, они развалились на кровати Курта прямо в одежде, чтобы немного отдохнуть.
– По правде сказать, она наша с Финном. Но он не захотел вносить свою лепту, потому что, как он говорит, для него это только временное пристанище, и квартира останется мне. Даже если сам он ни за что не признается, думаю, Финн по-прежнему убеждён, что, рано или поздно, вернётся к Рэйчел.
– А ты так не думаешь?
– Не знаю. Они столько раз сходились и расходились за эти годы. Но иногда люди идут вперёд и больше не возвращаются назад. Мне кажется, Рейчел больше нравилось то, как Финн заставлял её себя чувствовать, чем сам Финн. Сейчас она нашла нечто, что заставляет её чувствовать себя более прекрасной и значительной, чем это делал он, и не думаю, что она вернётся обратно. Кому-то этого достаточно.
– Печально.
– Да, но я считаю, Финну тоже пора идти дальше. Не может же он вечно ждать, когда Рэйчел повзрослеет. Он заслуживает кого-то, кто захочет быть с ним ради него самого. Блейн, могу я спросить тебя кое о чём?
– Конечно, милый, – сказал ему Блейн, поворачиваясь на бок, чтобы удобнее было на него смотреть. Курт, лежащий на кровати с немного растрёпанными волосами и усталым видом, в тот момент показался ему красивее, чем когда бы то ни было. Блейн спросил себя, сознаёт ли он это, и обхватил его за талию, придвигая поближе.
