Да, нежданным откровением было осознать, что Бёрт не ненавидел его – ни за ложь, ни за риск, которому он подверг его сына. Напротив, Бёрт был благодарен Себастиану за любовь, которой он окружил Курта в течение всех этих лет и за то, что был рядом с ним в самые тяжёлые для него времена. И даже после, несмотря на то, что весь выстроенный им мир рассыпался в прах с появлением Блейна, он не отступил.
Себастиан никогда не видел всю картину с этой точки зрения. Он всегда считал себя тем, кто воспользовался ситуацией в свою пользу, и, конечно, так и было.
Однако он был и другом, настоящим другом, и это тоже было правдой.
В какой-то момент он забыл о себе и делал всё, что было в его силах, ради других.
Это была любопытная точка зрения, неплохо для разнообразия.
– Ты хороший парень, Себастиан, и всегда будешь частью моей семьи, – сказал ему Бёрт, прежде чем сесть в такси.
«Хороший парень» – Себастиану никогда бы даже в голову не пришло связать это определение с собственной персоной.
Излишне говорить, однако, что в устах Бёрта это прозвучало как величайший комплимент. И самый прекрасный подарок, какой Хаммел мог сделать ему.
В среду утром, оставшись дома один, пока Тэд ушёл за покупками, Себастиан перенёс небольшой припадок и упал в обморок. Когда Харвуд вернулся, то нашёл его лежащим на полу, в ванной комнате, по-прежнему без сознания.
Он постарался держать себя в руках, но, не зная даже, ударился ли Себастиан головой при падении или нет, он не мог предпринять ничего, кроме как вызвать скорую помощь, позвонить Сантане, а затем расплакаться.
Девушка постаралась подбодрить его и немало помогла по приезде скорой помощи, поскольку сам Тэд в тот момент был не слишком вменяем.
– Держись, гринго. Если Себ очнётся, он не должен видеть тебя в таком состоянии, понял? – сказала она ему, прежде чем машина скорой помощи отъехала, и Тэд знал, что она права.
Никто из них не обратил ни малейшего внимания на небрежное «если», произнесённое Лопес.
Не «когда», а именно «если».
Кроме Себастиана, который, тем временем, слегка пришёл в себя.
Для него это слово прогремело как выстрел.
При обследовании выяснилось, что у Себастиана случился эпилептический припадок, пока был один, но головой он при этом, к счастью, не ударился, хотя нанёс себе множество порезов и ссадин на руках во время припадка.
По пробуждении, без ведома Тэда, Смайт подписал бумаги, в которых отказывался от реанимации. Среди множества возможных вариантов исхода операции был также риск снова оказаться в коме, чего он ни в коем случае не хотел. Он не хотел оставаться еще девять месяцев, если не больше, прикованным к аппаратам. И не хотел, чтобы другие оказались привязаны к нему в ожидании чего-то, что в этот раз, скорее всего, не случилось бы. Он не хотел, чтобы это произошло с Тэдом, как никогда не хотел такого для Курта. И поскольку в этот раз у него была возможность решать за себя, он так и сделал. И кроме того, он подписал также согласие на донорство органов для пересадки в случае смерти.
Опять же без ведома Тэда.
Однако тем же вечером он сказал об этом Блейну в разговоре по Скайпу, так как тот к тому времени вернулся в Лайму с Куртом. И, как раньше он просил его позаботиться об Эрике, теперь Себастиан попросил Андерсона присмотреть за Тэдом, в случае, если он не выживет. Излишне говорить, что Блейн пообещал ему это. И в качестве бонуса, обозвал идиотом за то, что он опять скрывает что-то важное от Тэда.
– Разве не из-за этой твоей мании держать в секрете важные вещи все мы оказались в том жутком бардаке, из которого только начинаем выбираться, Бас? – спросил Блейн, и Смайт понял, что он прав.
Так что, Себастиан собрался с духом и сделал то, что должен был, следуя совету друга. Он рассказал обо всём Тэду.
Тот наорал на него, конечно. И чуть ли не набросился с кулаками. Тэд обвинил его в том, что он ведёт себя как отъявленный эгоист, который думает только о себе, и в заключение ушёл, хлопнув дверью.
Вернулся он только утром.
Себастиан так никогда и не узнал, что Тэд провёл ночь, напиваясь в каком-то маленьком третьесортном баре. Не узнал, что отправился домой к какому-то даже не слишком привлекательному мужчине, с которым встретился там. Смайт не узнал, что он позволил тому мужчине целовать его и прикасаться к нему. Только чтобы проверить, может ли он пойти дальше. Сумеет ли он это сделать, в случае если Бастиана не станет. Себастиан так и не узнал, что Тэд остановил мужчину, который попытался раздеть его, что он оттолкнул его от себя с силой и выбежал на улицу. Он не узнал, что Харвуд провёл всю ночь, бесцельно бродя по улицам, размышляя и плача, и чувствуя себя бесполезным, прежде чем под утро вернуться к нему.
Он не узнал всего этого, потому что не спросил.
Никогда.
Любовь иногда эфемерное чувство. Даже когда её почти осязаемое присутствие лишает тебя сил, она всё равно может оставаться чем-то зыбким и призрачным.
И тем не менее, она есть.
Ты ощущаешь её прикосновение – живое и пульсирующее.
Почти болезненное.
