«По пыльному»… так давно уже не говорили и Сарен прекрасно это знал. Это выражение обозначало антиквариат, причём краденый. «Пыльниками», соответственно, называли грабителей могил, мародёров и чересчур прытких археологов, что лезли в гробницы и заброшенные дома прежде, чем те успевали покрыться паутиной. Несмотря на то, что порой среди подобных «старателей» всплывали действительно редкие и ценные вещи, к их ремеслу относились с показным пренебрежением. Само название уже почти вышло из обихода ещё в те времена, когда этим ломбардом заправлял Крыса Кох. Сейчас так и вовсе никто не говорил.
Торговец презрительно усмехнулся и хрюкнул, покачав при этом головой. На его лице безошибочно читалось: «деревенщина». Пока что Сарену удавалось справляться со своей ролью.
— По «чему»? — сощурившись, переспросил владелец.
Конечно он понял, о чём спрашивал его гость. Просто не упустил возможности немного поизмываться над отвлёкшим его от несомненно гораздо более важных дел простофилей. И делал он это с плохо скрываемым удовольствием.
— Ну, по этому, как его там? Антиквариату, вот! — нахмурив лоб, пробормотал наёмник.
— Ах, вот ты о чём, — мужчина расплылся в напускной улыбке, — смотря с чем пожаловал.
Сарен запустил руку в болтавшуюся у него на плече дорожную сумку и некоторое время там рылся. Делал он это нарочито долго, по несколько раз перебирая хлам, которым специально её набил. Для этого пришлось запихнуть туда всё что у него с собой было и даже добавить подушку из гостиницы для придания объёма.
— Вот! — наконец торжественно воскликнул он, принявшись выкладывать свои трофеи на стол. Перед торговцем оказалась фляжка с гербом Северного Легиона, подаренная капитаном баржи Айденом, помятая латунная коробочка для хранения табака и небольшое зеркало, которое Сарен взял из «Баловня Судьбы». С самим кольцом он решил пока повременить.
Торговец поочерёдно взял каждый из предложенных предметов, изучая их. По мере того как он переходил от одного к другому, выражение его лица становилось из злорадно-довольного всё более и более утомлённым и даже злым. Какой-то заезжий полудурок отнял у него время ради никому не нужного барахла, чему уж тут радоваться?!
— Фляжка имперской армии, старый латунный портсигар и сраный новодел… который я даже не знаю с чего лепили, — «жаба» схватил зеркало и потряс им перед наёмником, — ты что, это дерьмо из соседней лавки стащил?!
— Тише ты, чего орать? — Сарен отмахнулся от зеркала, — где ты тут лавки рядом видел?
Торговец бросил предмет обратно на прилавок и прорычал нечто нечленораздельное и явно бранное.
— Что за флягу и коробку дашь? — спросил спайранец.
— Пинка под зад могу дать, за это то барахло. Мне эти сраные фляги закладывать приходят по пять раз на дню, вон полная подсобка этого добра, никак не вывезу. Коробка старая, ага, но на кой чёрт мне она? Про зеркало даже не заикайся, — раздражённо выдал торговец.
— Ну… — разочарованно протянул наёмник, — сейчас, погоди, осталась у меня ещё одна вещица, может хоть она тебя заинтересует.
Запустив руку в сумку, он выудил оттуда перстень Арлисы. Сдвинув всё остальное барахло в сторону, Сарен с громким стуком поставил его между собой и торговцем. Свободную левую руку он при этом отвёл назад за пояс, туда, где в ножнах покоился спрятанный кинжал. Роль то он может и отыгрывал, да только кольцо терять не собирался, выкинь торговец что-нибудь лишнее.
«Жаба» тем временем взял в руки перстень и принялся внимательно его изучать. Наёмник заметил, как на лице его борются две противоречащие друг другу эмоции — искренний интерес и напускное презрение, которое он так старался сохранить. Последнее пока что побеждало.
— Дурь какая-то, — выдал он спустя примерно минуту, — откуда у тебя это?
— Да так, — Сарен довольно оскалился, — один заезжий оставил. Что, интересную вещицу я тебе принёс, а?
— По сравнению с остальным дерьмом, что ты мне вывалил, может и интересную. Само по себе — тот ещё шлак. Сколько хочешь? — совершенно ровным тоном проговорил торговец.
— Цену я думал услышать от тебя, — чуть растягивая слова отвечал Сарен.
«Жаба» впился в него раздраженным взглядом.
— Пятнадцать серебряных дам. Остальное можешь забрать — не интересует, — резюмировал он.
Услышав цену, Сарен нахмурился. Даже самая дешевая бижутерия стоила дороже. Похоже он немножко перегнул палку, старательно отыгрывая образ деревенского дурачка.
— А чего дешево то так? — разочарованно спросил он.
— А потому что так херово, потому и дешево! — рявкнул в ответ торговец, — таскаете мне всякий мусор, а потом возмущаетесь ещё, будто я у вас императорскую корону за медяки купить предлагаю! Знаешь, сколько вас таких сюда за неделю заваливается с хитрыми рожами и сумками мусора? Давай, решай и не трать моё время. Больше не дам.
Сарен взял небольшую паузу, напряженно отбивая барабанную дробь по деревянному прилавку и двигая челюстью так, словно хотел пережевать сложившуюся ситуацию.
