Сея Ветер полностью

— Именно! Таким образом, на одну чашу весов теперь лег статус Варэ, а на другую — самого Императора. Рикелл не мог и дальше рисковать, игнорируя происходящее. Тем более, что по другую сторону горной гряды находится Спайра. Нельзя было исключать и вариант вторжения, тем более что спайранцы и раньше устраивали подобные вылазки. Но это оказались не они. Где-то лет семь назад мне довелось пообщаться с одним из участвовавших в расследовании чародеев. Тот как раз отвечал за проверку магических аномалий. На пути туда их отряд забрёл в одну из деревень и это было нечто. Двери, вырванные из сруба вместе с петлями. Следы давно запёкшейся крови повсюду, будто это скотобойня. Полное отсутствие следов борьбы. И никаких тел. Он рассказывал, что искал их с помощью магии, но всё было без толку. Сперва подумали, что может это дикие звери, но на всём пути к поместью им не встретилось ни одного живого существа. Даже птицы не пели, представляешь? Всю дорогу и туда и обратно на сухом пайке, что взяли с собой из столицы. Поместье они нашли пустым, но не заброшенным. Оно выглядело так, как если бы его обитатели только вышли на улицу и скоро вернутся. Ни пыли, ни паутины. Но самая чертовщина началась, когда они догадались проверить магический фон. Его просто не было! Эдакая сфера пустоты диаметром в пару миль, которую обтекают все магические потоки. Сильнейшая аномалия. Они поднялись в кабинет Кассиуса и нашли там его. В петле. Рядом на столике была предсмертная записка.

«Прости меня за то, что я ослушался. И за все жизни, что были загублены моим эгоизмом. Вопреки всем твоим усилиям, я не в силах жить в этом кошмаре, который сам же и создал» — Ваймс процитировал последние слова Кассиуса и умолк.

Сарен пребывал в полнейшем замешательстве. Что случилось в поместье Варэ? Почему отец Арлисы решил покончить с собой? Да и было ли это самоубийство вовсе? Да ещё и эта записка… к кому он обращался? Что, черт возьми, он хотел этим сказать?!

Вопросы жужжали в голове спайранца, не давая ему сосредоточиться на чём-то одном. Он прижал пальцы к вискам и с силой надавил на них, стиснув зубы.

— Голова пухнет? — Олли усмехнулся, — прекрасно тебя понимаю. Есть от чего.

— Ваймс, что там вообще произошло? Что всё это значит?

— А этого тебе уже никто не скажет, — волшебник только пожал плечами, — можно строить догадки, предположения. Например, вот такое: Кассиус сменил наёмников на колдунов и проводил у себя в поместье опыты, которые в остальной Империи сочли бы попросту говоря недопустимыми.

— Но зачем ему это?

— Мы с тобой думаем, что Арлиса пропала без вести в 922 году и с тех пор никто её не видел. Но что если это не так? Что если Касс всё же нашёл свою дочь? Просто немного не в том состоянии, в котором родитель хочет когда-либо увидеть своего ребёнка. Как тебе такой расклад?

— Погоди, погоди, — Сарен поднял правую руку, останавливая рассуждения волшебника, — воскрешение мёртвых? Такое вообще возможно?

— Ты говоришь с человеком, которому был поставлен неутешительный диагноз. Как по-твоему — изучал я запрещённые дисциплины? — с иронией поинтересовался Олли.

— Ваймс, не уходи от ответа!

— Нет, Сарен, — устало ответил волшебник, — от смерти можно очень долго бегать. Можно продлить жизнь человеческого тела на годы, даже десятилетия. Победить болезни, ну или как самое малое — сопротивляться им достаточно долго. Пример стоит перед тобой. Но вот смерть… она конечна. Если ты умер, то с этим уже ничего не поделать. Колесо сделало свой оборот и движется оно, увы, только в одну сторону.

— То есть если Арлису всё же убили, у Кассиуса не было никакой возможности вернуть её к жизни? Я правильно тебя понимаю? — услышав слова Ваймса, спайранец испытал некоторое облегчение. Он видел девушку своими глазами годы спустя после описываемых событий и она совершенно точно не была похожа на мертвеца. Уже другой вопрос, как ей удавалось оставаться молодой.

— Ох, если бы всё было так просто и однозначно, — мечтательно проговорил кузнец, — понимаешь, тут всё упирается в то, что именно ты понимаешь под «жизнью». Так, например, с помощью «некромантии» — одной из тех самых запрещённых дисциплин — можно анимировать мёртвые тела и замедлять процессы разложения. Но даже так это будет не более чем марионетка. Кусок мертвечины, подвешенный на невидимых магических нитях.

Наёмник вспомнил, как обнял Арлису тогда в подвале приюта. Вспомнил тепло её тела и биение сердца, которое почувствовал, когда прижимал девушку к себе. От этих воспоминаний в груди у спайранца появилось тоскливое тянущее чувство. Ему безумно захотелось вернуться назад во времени, чтобы снова пережить тот момент. Чтобы снова обнять Арлису и на этот раз — уже не отпускать.

— Это точно была не некромантия, — неожиданно для себя вслух произнёс спайранец.

Ваймс воззрился на него в недоумении.