- Грейнджер, ты меня напугала, – он был напряжен и выглядел плохо.
Синяки под глазами и болезненный вид были только началом списка.
- Что читаешь? – гриффиндорка не хотела ругаться, но чувство в груди, которое она сама не могла объяснить, требовало ответов.
Драко немного суматошно убрал предмет их обсуждения и постарался перевести тему:
- Ничего. Что-то случилось?
- Я хотела поговорить.
- Знаешь, когда парни слышат эту фразу, единственное их желание - бежать. Так что, у меня сейчас примерно то же самое, – Малфой постарался ухмыльнуться и расслабиться, но у него не получилось.
- Драко, ты отравил медовуху Слизнорта? – Гермиона не была зла на него, она была в этом плане спокойна. Но несмотря на то, что она понимала, почему ему пришлось это сделать, страх за друга и за его жизнь, не уходил на задворки.
Блондин тяжело вздохнул и отвёл взгляд. Выглядел он так, будто его стошнит. Или начнется истерика.
- Я… да, это я сделал, но мне и в голову бы не пришло, что пострадает Уизли, – он зажмурился на секунду и поднял на неё глаза, в которых застыли страх и боль, что стали постоянными его спутниками. – Грейнджер, я не знал, что всё получится так. Я не хотел.
- Я знаю, – гриффиндорка обхватила себя за плечи и старалась не заплакать.
Ей было страшно, но от чего она сама не знала.
- Ты чего? – Драко поднялся с кресла и хотел обнять её, но не решился.
- Я просто не понимаю, что делать. С одной стороны, я должна злиться и ненавидеть тебя, но не могу это сделать, потому что знаю всю проблему. Но с другой, я не хочу этого делать, просто не хочу. Я как будто на дороге, где есть два поворота, я знаю, что должна выбрать, но не могу этого сделать, – сдержать слёзы не получилось и Гермиона опять плакала и злилась на себя из-за этого.
- Вот и у меня также. Я должен сделать то, что необходимо, но не могу, – Драко пожал плечами и грустно ухмыльнулся, сложив руки на груди.
- Драко, я хочу быть с тобой, бороться за тебя, но мои друзья для меня, как семья, – девушка провела по щекам ладонями, убирая слёзы, и продолжила. – Я не знаю, как мне поступить. Это вообще стало моим любимым выражением: «я не знаю». Я люблю тебя, но своих друзей я тоже люблю, понимаешь?
Малфой кивнул и внимательно посмотрел на неё:
- Грейнджер, я в таком же положении. Я люблю тебя и люблю семью.
Гермиона почувствовала безысходность и ужасную тоску.
- Да, влипли мы с тобой, – она фыркнула и грусть полностью приняла её в свои объятья.
- Да, и не говори, – слизеринец перевёл взгляд в пол и кивнул.
Это было иронично, эти параллели между ними. От того и печально, что всё могло закончиться плохо.
***
У Драко была паническая атака. Снова.
Это состояние начинало его уже нормально так бесить. Он пытался собраться, пытался дышать ровнее и думать о хорошем, но не получалось. Давно не получалось.
Чёртов Исчезательный шкаф был неумолим. Малфой уже не знал, что придумать, чтобы он наконец заработал.
Всё было дерьмово и шло через задницу. Единственное, что произошло из хорошего, так это его сдвиги в окклюменции. Он научился прочно скрывать всё необходимое и создавать желаемое другими. Снейп остался довольным, в своей манере, разумеется. Но Драко контактировал с профессором только в крайней необходимости.
Его выходка, Малфоя сильно задела. Конечно, если бы не она, слизеринец либо был бы мёртв, либо убиты были бы другие. Но это можно было сделать по-другому, хотя не факт, что это сработало.
Эта путаница его самого раздражала. Драко начал метаться в своей голове, он не мог понять, что с ним происходит. Приходили разные варианты, но один выделялся среди них. Апатия.
Руки опускались при любом действии и сил не было. Ничего не было. Всё уходило на починку этого паршивого шкафа и попытку не сойти с ума.
Та паника, что проникла в него и не собиралась уходить - она хотела прописаться на постоянное сожительство с ним - душила. Почувствовав, что лучше проветриться, пока он в состоянии ходить, Драко пошел на Астрономическую башню. Она стала его частым пристанищем, как и выручай-комната.
Поднявшись с большим трудом по извилистой лестнице, Малфой подошел и облокотился о парапет. Становилось легче. Или он просто отвлекся.
Блондин чувствовал себя сумасшедшим. Такие мысли атаковали его разум слишком часто в последнее время. Хотя, в этом было мало удивительного, с тем количеством стресса, что он испытывал, было поразительно, что Драко вообще жив.
Люди недооценивают нервные расстройства, они похуже физических, потому что ты плохо представляешь, что собственно делать. Если ты сломал ногу, ты видишь проблему и решаешь её определённым образом, а с психологией такое не прокатывает.
Там пиздец, как сложно понять, что с тобой не так. Но Малфой знал, что с ним не так. Он собирался стать убийцей. И это не было его желанием. Никогда.
Услышав позади себя шаги, Драко развернулся и увидел Гермиону, которая запыхалась от быстрого бега.
- Ты что делаешь? – паника и страх так и прорывались в её голосе.
- Я не собираюсь прыгать, если ты об этом, – её плечи расслабились, и она облегченно выдохнула, это разозлило. – Давно следишь за мной?
