– Да, – кивнул Мика. – Я помылся. Переоделся в чистую одежду и… – Мика указал на пустую тарелку перед собой, – …не припомню, когда я в последний раз так вкусно ел…
Тут Мика услышал кашель Илая и умолк, внезапно почувствовав себя виноватым: вдруг скалолаз сочтёт его неблагодарным за все те трапезы, которые они делили в зимнем укрытии?
– Это радостно слышать, – сказал Килиан и обратился к Каре. – А ты, дочь моя, справилась с заданием?
– Надеюсь, что да, отец, – тихо ответила Кара.
– И всё же, я вижу, брат Илай сидит в своей старой одежде, – заметил Килиан, вставая и направляясь к скалолазу. – Надеюсь, вам предложили чистое одеяние?
– Предложили, – Илай повернул голову сначала к Каре, затем к Килиану и улыбнулся. – Но в этой одежде мне намного удобнее. Как только погода улучшится, мы с Микой отправимся в путь, – хрипло сказал Илай. – Так ведь, парень?
Мика кивнул, но сердце у него в груди упало при мысли, что придется оставить этот тёплый и безопасный рай под землёй, с его горячим источником, отличной едой, согревающим ликёром и довольными жителями, и вернуться к неумолимой свирепости зимней пустоши. И когда он представил себе мир там, наверху, его вдруг одолела смертельная усталость. Руки и ноги ослабели, веки отяжелели, а рот свело от широкого зевка, который никак было не побороть.
– Сон зовёт, – улыбнулся Килиан и, продолжая двигаться вдоль стола, обернулся. – Вы можете оставаться столько, сколько пожелаете.
Мика с трудом держал глаза открытыми, пока Кара вела их с Илаем обратно через туннели и пещеры. Он едва переставлял ноги, то и дело спотыкаясь. Воздух искрился, очертания стен размывались перед глазами.
– Что там, внизу? – услышал он голос Илая и увидел, что скалолаз остановился, вглядываясь в узкий неосвещённый туннель, спускавшийся во тьму.
– Это? – неуверенно отозвалась Кара. – Этот туннель ведёт к какому-то складу. Думаю, со старыми вещами. Никто туда не ходит, кроме брата Килиана, да и он редко…
Они продолжили путь. В голове у Мики всё плыло. И когда Кара объявила, что они добрались до спальных галерей, он остановился и стал оглядываться, не понимая, куда попал.
Они стояли у входа в клинообразную пещеру, потолок её низко нависал над головой, но впереди становился выше. Противоположная стена была из песчаника, в котором горизонтальными и вертикальными рядами были выдолблены ромбовидные углубления. Те, что были выше, скрывала тень, поскольку светящаяся солома была разбросана только по полу, так что потолок пещеры окутывала тьма. К крутой стене со спальными нишами были приставлены лестницы.
– Наверху вы найдёте два спальных места, – сказала Кара, придвигая лестницы к каждому из двух тёмных проёмов. – Их подготовили специально для вас.
Желанный отдых манил, и Мика двинулся вперёд. Он слышал, как Кара, а затем Илай пожелали ему спокойной ночи, но от усталости не смог ответить ни одному из них. Он поднялся по лестнице, ступенька за ступенькой, растворился в долгожданной темноте и забрался в глубокую нишу под самым потолком пещеры.
Внутри лежал набитый соломой матрас, толстые одеяла и пуховая подушка. Мика снял ботинки, выскользнул из серого плаща и лёг. Голова провалилась в мягкую подушку, одеяло он натянул до самого подбородка.
Он лежал на спине, окутанный темнотой, скрестив руки на груди, и, глядя в бархатную черноту, видел лица жителей Глубокодома. Безмятежные лица. Довольные лица. Счастливые улыбки. И особенно одно лицо, скромное и серьёзное, покрывшееся румянцем, когда заблестели её сине-зелёные глаза.
– Сестра Кара, – сонно пробормотал Мика. – Кара…
Его веки сомкнулись, и Мика провалился в глубокий сон без сновидений.
Мика потянулся и открыл глаза. Он просыпался уже во второй раз. До этого его разбудили голоса, но тогда он лениво перевернулся на другой бок и снова уснул. Теперь же он проснулся окончательно и впервые за долгие дни почувствовал себя отдохнувшим.
Мика потёр пальцами глаза и провёл ладонью по голове, на мгновение удивившись длине своих волос. Затем он вспомнил, как сидел возле горячего источника, а Кара, девушка-змеелов, стригла его.
Наклонившись вперёд, Мика выглянул из узкой ниши, в которой спал. Справа, слева и внизу виднелись точно такие же углубления, проделанные в мягком песчанике стены пещеры. Мика провёл ладонью по неровной каменной поверхности и нащупал выбитые зубилом отметки. Пол внизу светился неярким розово-голубым светом. Вокруг никого не было видно. Мика прислушался: ни разговоров, ни храпа, а значит, спальные галереи были пусты.
«Где же Илай?» – подумал Мика.
Он поднялся на колени и потянулся за ботинками, когда вдруг краем глаза заметил: внизу что-то резко метнулось из темноты и пронеслось через светящийся пол.
