Большая тень отделилась от стены дома и медленно пошла за маленькой тенью, молнией устремившейся к ближайшему дереву.
– Вон! – взволнованно крикнула Никель. – Они там!
Тем временем Хорн протёр свои очки крылом и снова надел их на нос.
– Как будто я сам не вижу, – заявил он. – Почему ты так дрожишь? Тебе ведь не надо выходить на улицу!
– Я и сама не знаю, – дрожащим голосом ответила Никель. – У меня такое ощущение, будто что-то случится. У меня дрожат усы!
– Да упаси нас Нептун! – воскликнул Хорн. – Ты имеешь в виду, что уже что-то случилось? В такую погоду? Не забывай, что мы окончательно отошли от дел! С меня достаточно сломанного крыла в наше прошлое расследование.
– Мне тоже не нужны никакие приключения, – согласилась Никель. – Пожалуй, у меня дрожат усы, потому что на улице холодно, а фрау Перламутр ещё не истопила печку.
– Хотелось бы мне надеяться, что это так! – проскрипел Хорн.
Немного успокоившись, они смотрели с подоконника, как большая и маленькая тени вернулись назад к дому и скрылись в подъезде. Вскоре они услышали за дверью квартиры шумное дыхание пса, но прошло много времени, прежде чем в замке повернулся ключ и дверь открылась. Вислоух ворвался в квартиру и побежал к печке. На зелёном ковре остались отпечатки мокрых лап.
– Мы должны затопить печку, – слабым голосом сказал господин Локон и неуверенными шагами пошёл за собакой.
Хорн тут же подлетел к полке, где лежали спички, и принёс их к печке. Никель спустилась с подоконника по шнуру портьеры и тоже прибежала на помощь – она набрала древесных щепок. Господин Локон с трудом присел на корточки и открыл дверцу. У него так тряслись руки, что он истратил шесть спичек, прежде чем поджёг щепки! Потом старый сыщик положил на них дрова.
– Вы ужасно замёрзли! – воскликнула Никель. – Вам нужно выпить чаю!
– Или чашечку крепкого кофе! – добавил попугай.
– Сначала надо позвонить фрау Перламутр, – сказал господин Локон. Он рухнул наконец в своё кресло, даже не сняв меховое пальто. Дрожащими пальцами старый сыщик так и не сумел набрать номер, а потом и вовсе уронил трубку и заснул.
– Господин Локон! Не спите! – крикнула Никель, но не сумела его разбудить: так старый детектив утомился от непривычной нагрузки. Они сами должны позвонить фрау Перламутр! Вот только трубка старого телефона была слишком тяжёлой для попугая и морской свинки. Поэтому им помог Вислоух. У пса стучали зубы от холода, но он сумел взять трубку в пасть и положить на столик. Потом Никель отыскала нужный номер в телефонной книге и набрала его. Хорн уселся возле трубки и приготовился к разговору, но они услышали лишь долгие гудки: ТУ-У-У… ТУ-У-У… ТУ-У-У… и снова ТУ-У-У…
– Уже тридцать два гудка! – воскликнула Никель.
– Тридцать три, – поправил её Хорн. – Вот уже тридцать четыре!
Потом внезапно начались короткие гудки: ТУ, ТУ, ТУ, ТУ, ТУ…
– Тридцать пять… тридцать шесть… тридцать семь… Клянусь всеми акулами и осьминогами, я просто не успеваю считать! – воскликнул Хорн.
– Значит, она не берёт трубку, – сказала Никель. – Ещё это может означать, что фрау Перламутр сама разговаривает с кем-то или что её нет дома.
– Ерунда какая! Её нет, и она в то же время разговаривает с кем-то? – воскликнул Хорн. – О чём думают эти люди?
– Она права, – тихо сказал господин Локон. Оказывается, старый сыщик снова проснулся. – Если слишком долго держать трубку, начинаются короткие гудки, как будто номер занят. Значит, фрау Перламутр нет дома или она не может подойти к телефону.
Вислоух часто дышал, высунув язык, потому что чувствовал, что с его любимой фрау Перламутр что-то случилось. А Хорн думал о коротких и длинных гудках, потому что хотел научиться понимать и телефонный язык.
– Вы имеете в виду, что с ней могло что-то случиться? – спросила наконец Никель. – Тогда нам надо обратиться в полицию!
– Нет, Никель, пока ещё рано, ведь фрау Перламутр всего лишь не подходит к телефону. Для начала я должен сам узнать, в чём дело: нужно съездить к ней, – вздохнул господин Локон.
– Вы слишком слабый, – возразила Никель. – Это… это мы должны слетать к фрау.
– Мы? В такую погоду? – проскрежетал Хорн. – Ни за что! Я попугай, а не полярная сова!
– Да, это слишком опасно, – согласился старый сыщик.
Никель пристально посмотрела Хорну в глаза. Не сказав вслух ни слова, она напомнила ему, что господин Локон делал для них всё. Если бы не старый сыщик, они до сих пор сидели бы в приюте для животных да ещё и без очков! Поэтому они не должны отпускать хозяина на холод. Для него это слишком опасно!
– Впрочем, бывают исключения, – сказал примирительным тоном Хорн. – Вот тогда, когда мы с капитаном Трюфелем застряли во льдах у берегов Огненной Земли, мне пришлось даже летать в снегопад в поисках удобного пути. После этого капитан назвал меня снежпугаем первого класса. А мыс острова назвал в честь меня – мыс Хорн, да-да! Вы наверняка слышали про такой. Ну, невежественные люди зовут его «мыс Горн», но это ошибка! В общем, господин Локон, вы не беспокойтесь!
– У вас храбрые и благородные намерения, друзья мои, но так дело не пойдёт, – заявил старый сыщик.
