Ива отхлебнула молоко из чашки и, не доев оладьи, пошла к себе. Она открыла дверь и как будто увидела свою комнату со стороны. Стол был завален: карандаши вперемешку с фломастерами, стопка рисунков, цветной картон, наклейки. Под столом белели обрезки – это Ива вырезала узоры для письма Деду Морозу. Куклы были свалены в кучу, потому что их кроватку Ива освободила для гномов.
Ива взяла трёх оставшихся гномов и на время сунула в ворох одежды на стуле. Убирать вещи в шкаф было самым нелюбимым занятием, и Ива решила оставить его напоследок. Кукол она вернула на место: Барби рассадила за игрушечным столиком, пупсов уложила в кровать.
Ива раскладывала карандаши и фломастеры по коробкам, собирала разбросанный картон и всё думала про гномов.
– Ива! Пора собираться!.. – Мама вошла в комнату и с удивлением посмотрела на Иву. – Ты сама? Сама всё убрала? Вот умница. Спасибо, доченька!
Ива смущённо пожала плечами. В последнее время, заглядывая в комнату, мама только вздыхала и качала головой.
– Ивушка, нужно сделать кое-какие дела. Одевайся. Доедем до города. Жду тебя во дворе, я пока машину от снега очищу.
Мама улыбнулась как-то особенно тепло и вышла из комнаты. Ива наклонилась, чтобы собрать обрезки бумаги, и взвизгнула от радости. Под столом мелькнуло красное пятно. Ива протянула руку и достала гнома в красном колпаке.
– Клод! – Она прижала к себе фигурку. Ей показалось, что гном тихонько хихикнул.
– Би-бип! – послышался с улицы сигнал маминой машины.
Ива быстро натянула свитер
Ива с мамой вернулись домой, когда уже стемнело. Зимний вечер укутал двор сиреневой пеленой. Папина машина стояла возле гаража. Войдя в дом, Ива, не раздеваясь, бросилась в гостиную.
– Папа! Расскажи про гномов!
– Каких гномов? – не понял он.
– Из считалки! – Ива потрясла его за рукав.
– А, считалка! Погоди-погоди, сейчас вспомню. Там были Ян, Олли, Люк… Вот, точно!
– Как потерялись? Насовсем?
Ива выскочила из гостиной, бросила крутку на пол и побежала к себе в комнату. Но тут же остановилась, вернулась и повесила куртку на крючок.
Влетев в комнату, она схватила шкатулку, которая стояла на подоконнике. Сердце колотилось где-то в горле. Ива глубоко вдохнула и открыла резную крышку. В шкатулке было пусто.
В кукольной кроватке тихо спали розовые пупсы. Нарядные Барби безучастно смотрели на Иву, сидя за игрушечным столом. Ива вспомнила, что спрятала гномов в ворохе вещей на стуле, и мгновенно дышать ей стало легче, но на стуле одежды не было.
Ива будто окунулась в горячую ванну. Её обдало жаром. Она рванула в гостиную.
– Папа, что это за игра? Откуда эта считалочка? Кто её придумал? – засыпала она отца вопросами.
– Кажется, было что-то ещё… Забыл. Надо же… А ведь дедушка в детстве часто мне напевал. Эх, сейчас бы эти песенки услышать. – Голос папы непривычно дрогнул.
Ива почувствовала, что вот-вот расплачется, и побежала к себе. На мгновение она застыла в дверях. Комнату было не узнать.
Всё лежало на своих местах, и даже стул, который чаще напоминал вешалку для одежды, сейчас был аккуратно задвинут под стол, потому что привычная груда вещей не мешала ему встать на положенное место. Может, Ива забыла, как сама убрала их на полку? Она посмотрела в комоде, на вешалках, несколько раз заглянула под шкаф и полезла проверить под кроватью.
– Ива! Ты что тут ищешь? – Мама вошла так внезапно, что Ива от неожиданности стукнулась головой о дно кровати.
– Мамочка, где мои вещи? У меня на стуле висели. Ты их убирала?
– Мы же с тобой целый день по делам ездили. Может, бабушка постирала. Она сегодня стиркой занималась.
– Зачем она их трогала?! – топнула ногой Ива. В это мгновение ей показалось, что она точно знает, кто во всём виноват.
Мама строго на неё посмотрела:
– Ива, ты бы очень нам помогла, если бы сама разбирала вещи. Но это за тебя делаю я или бабушка. А ей сейчас особенно трудно…
Мама замолчала. Ива представила бабушку. Как она заглядывает в комнату, проходит к окну и тихо открывает занавеску, чтобы Иву разбудил не противный будильник, а тёплое солнце. Это летом. А зимой, когда по утрам темно, она садится на край кровати и гладит Иву через одеяло. Гладит, пока та не откроет глаза.
Ива вспомнила, как по выходным на кухне пахнет блинами, которые бабушка печёт, пока все ещё спят. Она подумала о том, сколько дел успевает переделать бабушка до того, как проснётся весь дом. Как тщательно она выглаживает папины рубашки, как аккуратно складывает мамины свитера и развешивает платья Ивы на вешалки.
Ива поняла, что никогда не предлагала бабушке помочь… Ни разу не спросила, как она, с тех пор как дедушка оказался в больнице.
– Я к ба! – Ива проскользнула мимо мамы.
– Она сегодня у деда дежурит. – Мама погладила Иву по голове. – Ложись, времени уже много.
Ива побрела чистить зубы. Футболки, домашнее платье, колготки – всё, что утром горой висело на спинке стула, было аккуратно развешено на сушилке.
