Ива повозила во рту зубной щёткой и, сама не зная зачем, пошла в комнату бабушки с дедушкой. На кресло, как на мягкие плечи, была накинута бабушкина шаль. У окна на узком столике стояла швейная машинка. Бабушка стала плохо видеть и давно ничего не шила, но машинка была такой же важной частью этой маленькой уютной комнаты, как кровать или кресло, и никто даже не думал её убирать. На тумбочке у кровати лежали дедушкины очки, в которых он читал. Ива часто снимала их с него и аккуратно убирала сюда, когда дедушка начинал дремать за книгой. Здесь же, на тумбочке, скопилась целая куча газет, которые выписывали специально для дедушки, потому что папа и мама читали новости в телефоне или на компьютере.
Ива поправила толстую стопку и увидела, что тумбочка приоткрыта. Брать чужие вещи без разрешения недопустимо – это железное правило Ива знала от дедушки. Он сам обязательно спрашивал, прежде чем взять что-то со стола Ивы, даже если это был простой карандаш. Но дедушка в больнице. Бабушка вернётся поздно. А Иве было необходимо разгадать секрет. Секрет загадочных гномов из старого чемодана.
Она приоткрыла дверцу пошире. На нижней полке были свалены старые письма, из-под которых торчал плотный светло-коричневый уголок. Ива потянула за него и достала старую книгу. Ива сразу поняла, что это именно книга, хотя обложкой служили листы плотного картона, которые крепко соединили толстой ниткой – такой на почте перевязывают посылки.
Сверху красивым почерком с завитками были выведены буквы: «Гномы из волшебной шкатулки».
Ива, забыв о том, что давно должна спать, что сидит в чужой комнате, что взяла вещь без спроса, начала перелистывать тонкие шелестящие страницы под картонной обложкой. Ива слышала, как стучит сердце – быстро и громко: тук-тук-тук.
На серых листах танцевали нарисованные гномы. Точно такие, как в шкатулке.
Ива пробежала глазами по знакомым считалкам и с нетерпением открыла последнюю страницу.
Сердце Ивы трепетало, как пружинки в таинственной шкатулке. Ей срочно нужны были исчезнувшие гномы, срочно нужен был дедушка. Ива сунула книгу на место, выключила свет и побежала проверять карманы. В халате пусто, в джинсах – ничего. В пуховике обнаружилась горсть пшена – на прогулке с дедушкой они обязательно сыпали зёрна в кормушки. Там же хранились найденный ещё осенью голыш и две монеты. Гномов не было…
– Ива!
По голосу Ива поняла, что мама сейчас в её комнате. Девочка положила камень с монетами обратно и шмыгнула в ванную.
– Ты куда пропала? – Мамины брови взлетели чёрными галками, когда она увидела Иву возле раковины.
– Зубы чищу. – Ива схватилась за щётку.
– Я сюда заходила… – Мама покачала головой. – Ложись, Ива. Пора спать.
Иве хотелось перевернуть весь дом, заглянуть в каждый уголок, но в комнатах было темно. В последнее время родители ложились рано. Иве даже казалось, что, с тех пор как дедушка попал в больницу, их семья будто погрузилась в зимнюю спячку. И она, как муми-тролль из книжки, которую они с дедушкой недавно читали, осталась совсем одна в большом доме, где никого не добудиться. Мир погружён в белое безмолвие.
Прежде чем лечь в кровать, Ива долго сидела на подоконнике. Медленно падал снег. Во дворе снова не было ни следа. Как будто никто не выходил сюда целую зиму.
Ива решила, что завтра встанет раньше бабушки и сама приготовит завтрак.
Она долго думала, что бы такого сделать, потому что блины печь Ива не умела и даже яичницу сама никогда не жарила. В конце концов она придумала намазать хлеб маслом и сделать чай с мёдом, как любит бабушка.
Грелка урчала на коленях. Ива не прогоняла её, вдвоём с кошкой было не так одиноко. Вдруг Ива вскрикнула: Грелка выпустила во сне когти. И Иву будто пронзило. Она вспомнила шапку с помпоном, серое пальто, парня, который принёс ёлку и забрал её письмо. Ива отчётливо поняла, что это устроил дедушка! Это дедушка отправил его к ним в дом, это он сделал так, чтобы к Иве пришёл Новый год.
Она поняла, что нужно было писать не Деду Морозу, а дедушке – её дедушке, самому лучшему волшебнику на свете. Сказать, как она его ждёт, как мечтает, чтобы он поправился и вернулся домой.
Ива спрыгнула с подоконника, включила настольную лампу и начала старательно выводить букву за буквой. Она писала о том, что их двор стал похож на Муми-дол, занесённый снегом, о том, что даже Зефир не высовывается из будки, о том, что дома без дедушки невыносимо тоскливо.
Засыпая, Ива думала о том, как передаст письмо, представляла, что придёт человек с красным помпоном и она расспросит его о дедушке, потому что с папой, мамой и бабушкой говорить об этом было отчего-то очень страшно.
