Первый случай, по мнению мадам Помфри, был ближе к тому, с чем она сама столкнулась, и ей было сложно поверить и себе, и в теорию, к которой медведьма пришла, т. к. она была донельзя абсурдной и маловероятной. Теория заключалась в том, что проклятие, которому подвергся Филч, запустило защитный механизм тела и души, вследствие чего пробудился источник праны, а следом восстановилось и магическое ядро. Для проверки своих предположений мадам Помфри попросила Гиппократа Сметвика одолжить ей диагностический артефакт из больницы святого Мунго, так как имеющийся в распоряжении больничного крыла диагност не имел функции определения тока праны в организме. Целитель Сметвик поинтересовался, зачем ей артефакт, но мадам Помфри, не солгав, отговорилась, сославшись на сверку правильности показаний с диагностом, которым она сама пользовалась. Сметвик не подал виду, что не поверил ей, но попросил поделится результатами, на что медведьма согласилась. Мадам Помфри свои выводы решила озвучить Александру в день выписки, после того, как окончательно убедится в показаниях диагноста.
Закончив зарядку, Александр умылся и принялся за завтрак, который своей английскостью ему за столь недолгое время надоел.
«Завхоз я или где? Продовольствие и кухня пускай и в руках домовиков, но закупаюсь-то я, пускай мне отдельное меню сделают по моему вкусу. Эээх, сейчас бы гречку с сосисками, а лучше с говядиной, и кефир».
Вкусы в еде у Алекса были простыми, несмотря на то, сколько раз он экспериментировал. Вначале, учась готовить, а потом и ради интереса, но всякую экзотику мужчина сильно не привечал. Попробовать и оценить вкус он мог, но ежедневно есть всякие фуагра и риззоты ему не хотелось, много времени такое дело отнимало. Больше всего он любил обыкновенный омлет из 3-х яиц, он мог его есть днями напролёт и не уставать от этого. Такой вот странный выверт сознания: сложно сказать откуда у него появилась такая тяга к омлету. Может из детства, когда кроме макарон и яиц от домашних кур мало, что можно было увидеть на столе, а может быть из-за простоты готовки.
Так и продолжая планировать о захва… кхм о своем пропитании, Алекса дождался времени обхода; мадам Помфри, как всегда, зашла к нему в последнюю очередь. мужчина от такого не был в обиде, ну не был он склочным человеком, тихим да, а так, пускай детьми в первую очередь занимаются, они главнее.
Александр, не имея своих детей, в отличии от Филча очень любил их, пускай и завидовал семьям, которые, держа за руку ребёнка гуляли по улицам. Во дворе мужчина имел хорошую репутацию рукастого и непьющего мужика, поэтому окрестные дети всегда таскали к нему свои сломанные велосипеды, самокаты, а некоторые шалопаи и телефоны, которые ухитрялись ломать самыми разными способами. Во время ремонта дети развлекали его рассказами, один невероятнее другого, а дядя Саша, как его называли дети, выслушивал их истории всегда с серьёзным лицом, внутренне веселясь и умиляясь. Иногда дети получали нагоняй от родителей, когда те узнавали, что дядя Саша починил им что-то бесплатно. За его доброту соседи отдаривались ему всем, чем могли: то пирожки занесут, то рыбы свежевыловленной. Вот так и жил себе Александр.
— Доброе утро, мистер Филч, — получив от Александра ответное пожелание, мадам Помфри продолжила. — Смотрю, вам не терпится отсюда уйти, но переоделись вы зря, вам придется пройти ещё одну проверку, и если мои догадки окажутся верными… Ну да ладно, после расскажу, а теперь раздевайтесь до нижнего белья, я скоро вернусь с диагностическим артефактом.
Не задавая лишних вопросов, Александр разделся и прилёг на кровать. Мед-ведьма вернулась довольно быстро, в руках у нее был костяной куб размером 10 на 10 сантиметров, поверхность которого была исчерчена разными узорами и рунами, в одну из граней был вмонтирован прозрачный кристалл. Память Филча откликнулась узнаванием, и пришли образы о том, как, после потери дара, Аргуса несколько раз проверяли схожим артефактом.
— Насколько знаю, вы знакомы с работой данного артефакта, и мне не придется вам объяснять, как он работает, ведь так? — Конечно, мадам Помфри, меня с его помощью дважды обследовали в Мунго, и я знаю, как он должен работать.
Приложив к груди завхоза артефакт, целительница направила на диагност палочку и прочитала короткое заклинание. С виду артефакт не изменился, но Алекс почувствовал касание его магии, и как она проникает короткими импульсами в его тело и возвращается назад. Так продолжалось 15 минут, и всё это время выражение лица мадам Помфри не изменялось, что удивило мужчину, он помнил, как было тяжело тем целителям, которые первые два раза его обследовали.
«Сильна…» — подумал Александр.
— Могу вас ещё раз поздравить и одновременно огорчить. Первое, вы пробудили в себе жизненную энергию, и она стимулировала ваш организм к выздоровлению и восстановлению. А огорчить должна тем, что в Англии знания по развитию вашего дара фактически отсутствуют…
