Приняв удобную позу и закрыв глаза, вселенец приступил к своей первой в обоих мирах медитации. Каждый занимающийся окклюменцией должен иметь как минимум усидчивость, а в идеале — сильную волю и воображение. В этом и была сложность для всех разумных, кто решил освоить эту грань магического искусства: им попросту не хватало усидчивости. Те же, кто осваивал, в большинстве своём на тот момент разменяли третий десяток лет своей жизни, и потратили пару лет для освоении окклюменции, чтобы получить хотя бы ранг подмастерья. У Александр все эти качества были, занимаясь чем-то новым, он всегда быстро осваивался и учился. Да и память Филча помогала, и каких-то сложностей повторное освоение окклюменцией не должно было доставить. Сам Филч, пускай и стал сквибом, не переставал заниматься улучшением своих навыков в окклюменции, не желая терять себя. Чаще всего маги, становясь сквибами, если не умирали сразу от болевого шока, заканчивали свою жизнь самоубийством или теряли рассудок, не выдержав чувства пустоты и боли, терзающего их в начале.
С каждой минутой Александр всё глубже погружался в медитативный транс. Вначале пропали мысли, затем — окружающие звуки, их заглушил шум крови что, текла по сосудам в такт с биением сердца. В таком состоянии Алекс пробыл относительно недолго, после чего пришло ощущение пустоты и спокойствия. В состоянии транса Александр не оставался долго. Внезапно он оказался возле ворот своего гаража, которые словно бы висели в пустоте. Вид так ему знакомых ворот с входной дверью, покрашенных в красный цвет, выбил Александра из отрешенного состояния.
«Не так я себе представлял вход в свой внутренний мир, хотя это не удивительно: всю жизнь провёл работая в гараже. Думаю, и внутри обстановка будет, как у меня в гараже».
Не долго думая, Алекс схватился за ручку, потянул на себя дверь, и ему открылся вид на сюрреалистическую обстановку. Там, где Александр надеялся увидеть свою мастерскую, был полный хаос из инструментов, висевших и разбросанных где попало. На верстаке лежала сломанная кровать. Книжный шкаф был неведомым образом скрещен с полкой, где хранились его инструменты.
«Мда, вот и причина, почему у меня так скачут мысли и память Филча с чувствами так себя ведут. Эээх, сколько тут работы. Не ожидал и комнату Филча увидеть, пускай и в таком состоянии. Ну что поделать, придётся разбирать весь этот завал».
Не теряя времени мужчина начал разбирать и складывать все найденные вещи в три кучи: с целыми, сломанными и слившимися вещами. Одновременно он расставлял всю крупную мебель, и даже ту, которая была поломана и слилась, представляя из себя творения безумного абстракциониста.
Закончив с расстановкой, Александр задумался, как ему разъединить слитые воедино вещи, при этом держал в руках дрель с лезвием и ручкой от бензопилы.
— Разобрать и пересобрать всё это не получится. Может приказать? Хммм. Разберись! Нет, не то. Станьте как раньше! Восстановись!.. Ааааа, заколебало. Репаро!!!!!
В тот же момент полудрель-полубензопила засветилась и начала разделятся, закончилась трансформация со стуком упавшей на пол бензопилы. Осмотрев дрель, которая осталась в руке, Александр поставил её на пол и улыбнулся.
— Теперь дело пойдёт в гору, — потирая руки, произнес Алекс. — Попробую и на сломанных вещах, так, ага, чернильница? Ну, попробую. Репаро! Оооо, получилось, да и чернила тоже как-то внутри восстановить удалось. Ладно потом подумаю об этом, а теперь за дело.
Александр так увлекся починкой вещей, что не заметил подступающую тяжесть в теле, и после очередной починки наконец-то заметил, как медленно восстановилась стамеска.
— Похоже это мой предел, переусердствовать нельзя, а то последствия будут плохими, Ну всё, и как отсюда выбра…..
Открыв глаза, вселенец почувствовал головокружение и боль в висках.
«Ох, головушка моя, — держась за голову обеими руками посетовал Александр. — Надо в следующий раз следить за потраченными силами, от инфаркта один раз помер, а от инсульта не хочется умирать”.
Полежав некоторое время и более-менее придя в себя, Алекс встал с кровати и подошел к окну, чтобы определить время.
«Скоро время ужина, и до прихода мадам Помфри осталось не долго. Интересно, что бы она сделала, увидев меня во время медитации? Будить бы не стала, это чревато последствиями, но после? Ааа ладно, не буду думать об несбывшимися. Надо бы в туалет сходить, потом и вздремнуть часок можно».
Выходя из туалета, Александр услышал тихий стон, решив удовлетворить своё любопытство, прошёл в ту сторону, где лежал мелкий будущий зельевар. В воспоминаниях Аргуса Филча Северус представлял собой тихого, скрытного заморыша, с длинными волосами и в потрепанной одежде. Во время дежурств не попадался и на отработках вел себя тихо. Ну, пацан как пацан, просто слишком тихий и отстранённый. Иногда Филчу приходилось вмешиваться, во время мелких дрязг, где Северус был одним из частых участников, в основном как жертва. Больше в памяти ничего не было.
