— Думал, что поживу спокойно, но видимо не судьба. Орион, ты помнится говорил Вальбурге, что специально запретил принимать метку членам рода. Думаю, это не только из-за того, что он полукровка? Может ли быть, что ты знаешь что-то про неё? Да и мне, когда я впервые увидел метку на руке Беллатрикс и её поведение в тот день, когда она её получила и хвалилась нам, её слова показалось слишком… раболепными, — выразил свою мысль Альфард.
В тот момент Мордреда и Мерлина упомянули ни один раз и в разных ситуациях. Примечательно, что это были самые приличные прозвучавшие тогда слова.
Шум и гам в доме на Гриммо 12 продлился недолго, и все как будто позабыли об одной маленькой девочке, что послужила той снежинкой спровоцировавшей лавину проблем рода Блэк, а стали уже обсуждать известных им клеймоносцев, и как им дальше быть.
— … с Лестрейнджами всё понятно. Боюсь, Беллу будет ждать участь Вальбурги. Помнится у Люциуса на левой руке тоже красуется этот “символ”. Остаётся только не допустить брака Нарциссы с Малфоем, расторгнуть брачный контракт и выплатить виру.
Сидевшая в углу и не принимающая участие в разговоре Нарцисса думала, как бы ей первой подступиться к сестре и помириться с ней, и это никак не было связано с самой племянницей, с которой она хотела понянчиться. Её привел в чувство разговор, непосредственно касавшийся её. Услышанное привело рассудительную и спокойную девушку в бешенство. Фирменное безумие Блэков вовсю плескалась в глазах Нарциссы. Нет, там было не пламя безумия, что многие видели во взгляде Беллатрикс. В них отражался всепоглощающий холод. От её взгляда у всех присутствующих по коже пробежали тысячи мурашек. Девушка спокойно спросила:
— Вы уверены в своём решении? — пусть голос девушки не выражал её истинных чувств, но взляд… Пробирал до самих костей.
Орион, как глава рода мог приказать ей следовать решению, но здравый смысл и посылающий болевые сигналы седалищный нерв, изменили его решение. Мужчина понимал, насколько опасны обиженные женщины, а если эта особа является по крови Блэком, то лучше сразу пустить в себя аваду.
— Думаю, мы отложим этот вопрос на пот… Кхм, Нарцисса, да не смотри ты на меня, как дракониха, у которой разорили кладку, никто не будет разрывать помолвку с Малфоем, но нам нужно подумать и решить, как лучше поступить.
Извинившись за “неподобающее” поведение и попросив разрешение отлучится и попудрить носик, Нарцисса, не прекращая излучать холод, покинула гостиную, оставив Блэков в покое.
— Они точно сёстры, — пробормотал Альфард.
Утро 25 декабря выдалось довольно тихим. Школа почти опустела, даря старым стенам замка долгожданный покой. Не было многочисленных скоплений студентов, стих позавчерашний ор старшего из братьев Блэк, который хотел остаться в школе вместе с друзьями, чтобы отметить рождество в Хогсмиде, а вечером выпить с ними же спрятанную бутылку Огденского. Да только накануне пришёл любимый дядюшка Альфард и забрал с собой братьев. Через некоторое время в школу, как по заказу, прибыло письмо от четы Поттер, которые требовали от единственного сына вернутся домой на рождественские каникулы. Сия ситуация, не вызвала какой-то ажиотаж среди преподавателей, ведь о проишествии с Вальбургой Блэк им стало известно от Альфарда. Дамблдор не придал сему много внимания, подумав, что Поттера забрали домой по той же причине. Дорея, мать Джеймса, была урождённой Блэк, и, по совместительству, тёткой Вальбурги.
В замке осталось немного обитателей: всего семнадцать студентов и часть преподавателей, в числе которых был и наш герой. А самым удивительным подарком судьбы стало отсутствие на ближайшие дни Дамблдора, которого пригласили на ежегодный бал, устроенный МКМ. Это играло Александру на руку, ведь кто знает, может этот престарелый пид… КХМ, директор мог почувствовать отголоски проводимого изгнания из диадемы сущности и её дальнейшего поглощения посохом.
Из-за малого количества обитателей школы, все присутствующие были усажены за один стол. Во главе стола сидела Минерва, как заместитель директора она взяла на себя эту роль под молчаливое одобрение коллег. Справа от неё сидел Филиус, слева — Роланда. Александр разместился между Филиусом и Кеттлберном, по правую руку от Сильвануса умостился Рубеус, которого пригласили по настоянию Алекса и Филиуса. Лесник робко поглядывал то на Минерву, то на студентов, которые исподтишка бросали на него насмешливые взгляды. У некоторых даже проглядывалась забавная мысль попросить профессора Филча поменяться местами с Хагридом.
Праздничный стол был… праздничным. Домовые эльфы постарались на славу: по просьбе Александра приготовили даже селёдку под шубой и столичный салат. Жители Альбиона осторожно продегустировали предложенные блюда, и на их привередливый вкус победил столичный салат. Было забавно смотреть на сморщенные лица людей и полулюдей, брезгливо пробующих экзотичное сочетание вареной сладкой свёклы и солёной рыбы, и на то, с каким удовольствием салат поглощали Алекс и Сильванус.
