— Меня уже осточертели интриги, которые плетутся во вред всему волшебному миру. За последние пару веков были вынужденно приняты довольно нелепые законы. К моему сожалению, в принятии этих законопроектов участвовали и мои предки тоже, не буду говорить, что во всех, но в нескольких точно. Вы сейчас подумаете, что я упрекаю своих и ваших предков, и окажетесь правы. Но как показало время, на тот момент оправданные действия в настоящее время стали обузой. Я хотел придержать законопроект, который хотел представить на рассмотрение в ближайших заседания, но вижу, что именно сейчас самое время. И прежде чем продолжить свою речь, попрошу секретаря размножить и распространить документы, — Орион передал в руки секретарю Визенгамота папку с пергаментами.
Раздача копий не заняла много времени, а вот ознакомление затянулось на добрых полчаса. Кто-то приходил в недоумение, другие злорадствовали, но каждый, кто прочитал выданные им документы, был удивлён, что подобное предложил именно лорд Блэк.
Через неделю заголовки местных и заграничных газет пестрели кричащими названиями. Магический мир бурлил, на каждом углу, в пабах, на улицах и в домах собирались группы волшебников, не прекращающие обсуждать, как недавно предложенные лордом Блэком принятые законы, так и скорректированные.
И только в школе за этот месяц практически ничего не изменилось. Студенты учились, ленились, интриговали (ну как без этого), играли в квиддич, короче говоря, наслаждались полной жизнью школьников.
Вот в один пасмурный февральский день Александру пришло письмо. Конверт был из дорогого пергамента, с серебряными узорами и запечатан сургучом. На печати был изображен щит с тремя какими-то птицами и рука, держащая палочку. После долгих раздумий мужчина так и не вспомнил, какой же магической семье принадлежит этот герб. Ведь раньше ни он, ни Филч не получали письма от посторонних, поэтому не было необходимости запоминать все гербы знатных семей. Сначала школа, затем многолетнее бичевание себя, вот и Аргус не запомнил эту социально важную информацию.
Потянув за край печати и сломав хрупкий сургуч, мужчина вскрыл конверт и достал аналогично пижон… Кхм, богато украшенный, как и конверт, лист пергамента. Вчитываясь в изящный почерк отправителя письма, он с удивлением прочел следующее:
Внимание такого влиятельного и имевшего неоднозначную репутацию для простых обывателей рода, как Блэки, всегда было не к добру. Вот и Александр не знал, как реагировать на приглашение. С одной стороны Блэки являются союзниками Волдеморта, а другой он был “сыном” одного из “меченных”, в настоящий момент беглеца. Встаёт один вопрос, на который пока что никто так и не смог дать нормальный ответ, или просто скрыли свои мысли от чужих ушей. Какие мотивы были у лорда Блэка во время выступления в Визенгамоте? Вот такие мысли крутились в голове у Александра.
“В принципе, можно отказать, но тогда последствия игнорирования могут быть хуже. Даже отговориться не получится, письмо было отправлено заранее, на такие вот случаи, чтобы приглашённый мог выкроить время для посещения. К тому же отказ может нанести оскорбление Блэкам. Мда, от всего происходившего вокруг тихо шурша едет крыша неспеша. Или кружится. Хмм, придётся поехать, но подготовиться стоит на всякий пожарный, кто знает этих бляхеродных, что творится в их мирке. Может там будет сам его темнейшество, и меня спросят за Николаса, дескать, куда твой папаша подевался? И почему ты до сих пор не упал перед ногами Володи. Мда, какие только мысли не приходят. А вот с кем пойти к Блэкам, вопрос сложный. Не Мадам Помфри же приглашать? Нет, она пускай и дама статная, несмотря на свои пятьдесят плюс, что и не скажешь, но блиииин, кого пригласить-то? Может, Помону? В последнее время мы с ней довольно хорошо общаемся. Только нужно спросить её, может она не согласится даже, что весьма вероятно. Может у неё муж будет против, — почесал затылок мужчина. — Ну, если что, пойду один, но это будет выглядеть не столь правильно. Аааа, была не была, сейчас же пойду к ней и спрошу”.
В раздумьях на отвлеченные темы мужчина направился к теплицам, где в это время можно было найти декана Пуффендуя. Войдя в тёплую, по сравнению с прохладной улицей, теплицу, мужчина обратил внимание на возмущённо-обеспокоенный голос Помоны. Профессор гербологии причитала и отчитывала студентку за невнимательность и тягу к необдуманным экспериментам.
