— Мне кажется все устали, так что есть предложение обсудить всё наверху.
— Нет! — воскликнула ведьма, вытирая слёзы. — Я отсюда никуда не уйду!
— Не надо, — успокаивающе произнёс Сергей. — Пойдём наверх, обсудим, и сможешь вернуться сюда… В нормальной обстановке.
Я крепко сжала кулаки. Длинные ногти впились в ладонь, вызывая неприятные ощущения. Почему он так возиться с ней? Я понимаю, что у неё горе и всё такое, но почему? Обычно ему всё равно, а тут разжалобился. Я почувствовала волну ненависти. Не к ней. К себе. Я эгоистка. Он просто утешает бедную девушку. Но, черт возьми, что это вообще такое?!
— Виктория, с тобой всё нормально? — ко мне обернулся Сергей. Я вздохнула и разжала пальцы.
— Эм, да, — неловко произнесла я и сделала шаг в сторону лестницы. — Я подожду вас там, хорошо?
И не дожидаясь ответа, рванула вверх, услышав его слова о какой-то невыносимой атмосфере.
Я села в кресло и закрыла лицо руками. Какая же я эгоистка. Нет, истеричка. Эх, и истеричка, и эгоистка!
— Может тебе воды налить?
Я скрипнула зубами и отрицательно мотнула головой.
— Аккуратнее. Так зубную эмаль легко стереть.
— Отстань, — ответила я. Голос получился приглушённым.
— Он, наверное, влюбился, — протянул Ольгерд. — Сто процентов влюбился.
Я отняла руки от лица и подскочила с кресла.
— Он не мог!
— Почему это? — искренне удивился он. — Вполне милая девушка…
Я хотела ему ответить, но не знала что. Задыхаясь от возмущения и растерянности, я переводила взгляд по углам в комнате. Закрыла глаза и убежала в комнату. Захотелось остаться одной. Он не мог в неё влюбиться. Не мог! Дьяволы не могут долго находиться рядом с ведьмой без защиты. Какая ж тут любовь, если постоянно защиту ставить надо? Не может… не может…не может!
Я вышла из ванной и облокотилась на дверь. Сергей ещё пол вечера утешал Юлию, а потом, напоив различными травками, отправил спать. Ольгерд сразу же ушёл в комнату, сославшись на плохое самочувствие и усталость. Я же посидела с ними некоторое время и ушла в душ. Невыносимо смотреть, как твой любимый мужчина успокаивает другую. Хоть я и понимала насколько плохо Юлии, не могла смириться со своей ревностью. Она прожигала душу, оставляя злость и пустоту. Юлия добрая, наверняка не такая ревнивая, как я, она лучше подошла бы ему. Но… Чёрт! Я рыкнула и ударила в дверь.
— Тебе плохо? — раздался тихий голосок из темноты. Я вздрогнула и обернулась к лестнице. Это оказалась Юлия. Я облегчённо улыбнулась.
— Разве ты не должна спать сейчас?
— Наверное, должна, — протянула девушка и села на пол у моих ног. Я опустилась рядом с ней.
— Как ты?
— Как человек, у которого умирает брат, — хмыкнула она и развела руками. Меня терзала совесть. У неё такое горе, а тут я со своей ревностью.
— Прости, — виновато произнесла я.
— За что?
Я махнула рукой, мол, не важно. Девушка кивнула, видимо понимая, что я извинялась за нелепый вопрос 'как ты', а не за свою глупую ревность и злость о которой ни кто не знал кроме эльфа. Он вообще в последнее время слишком много замечал того, чего ему совсем не нужно было замечать.
— Мы в детстве не ладили, — из задумчивости меня вывел её тихий голос. Я непонимающе посмотрела на неё, а она тем временем продолжила:
— Как сообщил отчим, что он брат мне теперь так и возненавидели. Вообще не ладили. Козни друг другу строили, — Юлия хохотнула. — А потом он помог мне. Напилась как-то с ведьмаком одним, вот он меня до дома и дотащил, так мало того ещё и спрятал и родителям ничего не рассказал.
— Спрятал? — тихо спросила я.
— О да-а-а, в этом же подвале. Всем сказал, что у подруги ночевала, которой у меня вообще не было.
Она тихо рассмеялась.
— Как-то на день рождение паука мне подарил. Ох, крику было. Я ж их с рождения не переношу… А у тебя есть кто?
— Сестра, — мрачно ответила я.
— И как?
— В два раза младше меня. Занудливая… Ужас. Не ладим вообще. А как твоего брата зовут? А то ты всё он да он.
— Ах, да, даже не подумала, Егором зовут его, Егор…
— Земледелец, значит.
— Ничего подобного, — улыбнулась она.
Я хмыкнула и закрыла глаза.
— С тобой происходит что-нибудь в восьмое полнолуние после зимнего солнцестояния?
— Именно в это у меня появляются когти и клыки отрастают, — задумчиво ответила я. — А так особо ничего.
— Я жалею теперь, что дала ему зелье полноценного оборотня. Шансов спасти его было бы значительно больше. Ты точно уверенна, что не хочешь?
Я зябко передёрнула плечами и отрицательно махнула головой. Даже сама мысль вызывает неприятную судорогу, как сегодня при зашивании Ольгерда.
— Странно. Обычно все хотят. Мой брат тоже хотел. А твоя сестра полноценная?
— Она человек, — ухмыльнулась я.
— Чистый?
— Угу.
— А как же она живёт? Он умрёт ведь и…
— Она не умрёт. Отец мой оборотень и каким-то неизвестным образом ей и матери досталась способность к долгожительству.
— Точно, я читала о таком. Но обычно это передаётся от мужчины к его ребенку, а о жёнах ничего не слышала.
— Я вообще не разбираюсь в этом. Слушай, а тот эликсир, ты уверена, что всё правильно сделала?
