— О, на этот счет я бы вообще не переживала. Люди думают, что любовь не может прийти просто так, что для нее нужно время, какое-то особое обстоятельство, но я тебе могу со всей ответственностью сказать, что для любви достаточно взгляда. Одного-единственного взгляда, чтобы полюбить всем сердцем. Поверь старой бабке, девочка.
— Вы не старая и уж точно не бабка, — возразила я, понимая, что женщина сейчас выглядит намного презентабельнее, чем я.
— Ой, спасибо, — умилилась моя собеседница без капли сарказма. — Но я все-таки предпочитаю быть бабушкой, если ты не возражаешь. О чем я говорила? Чертов склероз… Ах, да! Для любви достаточно только одного взгляда. Самого первого, когда вы впервые смотрите друг на друга, а вот осознание того, что это любовь, уже приходит позже. Знаешь, через сколько дней после знакомства мы поженились с Пашиным отцом?
— Через сколько? — спросила я, против воли расплываясь в улыбке.
— На следующий день, — огорошила она меня. — Мы даже не разговаривали толком. Только встретились взглядами всего один раз, но он еще долго смотрел мне вслед. А на следующий день выкрал меня и отвез в ЗАГС, где нас уже ждали. Мне даже «нет» ответить не дали. Не спрашивали просто. Видела бы ты лица моих родителей, когда он привез меня домой, чтобы познакомиться с ними. Те пятнадцать минут я не забуду никогда.
— Я не представляю, — честно призналась я.
— Пашка такой же характером, весь в отца. Если захотел, то прет напролом. Да ты и сама уже, наверное, заметила.
— Заметила, — вдруг засмущалась я, вспоминая, как он пер напролом там — в коридоре на втором этаже. Я ведь даже и не подумала о том, чтобы отказаться.
— Вот. Так что если предложение сделает, с ответом не тяни, а то тоже проснешься оттого, что тебя вытаскивают рано утром через окно. Знаешь ли, не очень приятно замуж выходить в одеяле и вязаных носках.
Мы беседовали на разные темы. Сама не заметила, как рассказала если не все о себе, то очень многое. С восхищением поглядывала на эту хитрую женщину. И ведь не возмутишься — за язык меня никто не тянул. Время за готовкой и уборкой пролетело незаметно. Аришка сладко посапывала в автолюльке, которая легонько покачивалась, а я отправляла Паше сообщение о том, что у нас в гостях его мама. Как говорится, кто предупрежден, тот вооружен. Хотя бы чуть-чуть.
— Я дома, — донеслось от входной двери, и Елена Дмитриевна быстренько нашикала на мужчину, призывая его к тишине.
Конечно, тут же «бабушкина принцесса» спит. Вот бы и у меня была такая свекровь. Чудо, а не женщина. По крайней мере, пока, а там видно будет.
— А кому это тут цветы?
Цветы были для нас с Еленой Дмитриевной. Огромные букеты красных и белых роз. Красные достались мне, а белые чуть не повалили с ног Пашину маму, но Паша вовремя сориентировался, подхватив и маму, и букет. Ставить эту роскошь нам было некуда, но в квартире нашлись два ведра, которые и спасли цветы от преждевременной кончины. Пока я занималась букетами, Паша с мамой о чем-то активно шушукались, очень хитро поглядывая в мою сторону. И если от этого невероятного ненормального мужчины я могла ожидать чего угодно, то его мама лишь усиливала мою и без того буйную фантазию.
— Птичка… — начал было Паша, но Елена Дмитриевна тут же шикнула на него, после чего мужчина заговорил шепотом: — Птичка, я хотел пригласить тебя на свидание.
— Когда? — удивилась я, а в голове пролетели тысячи мыслей на тему «Куда можно сходить с ребенком».
— Сейчас, — обворожительно улыбнулся Паша, а в его глазах так и плясали чертики.
— Мне нужно собрать Аришку и… Сумку. А мы надолго? — растерялась я, начиная тихонько паниковать.
— Если ты не против, то с Аришкой побуду я, — вмешалась Елена Дмитриевна. — Смесь приготовить сумею, водички дам, переодену, поиграю и, конечно же, позвоню, если что-то пойдет не так.
— Но…
Оставлять Аришку с посторонними людьми, похоже, у меня уже входило в привычку. Все мое естество противилось тому, чтобы ехать куда-то без дочки, но под двумя въедливыми взглядами я сдалась. Правда, при условии, что мы недалеко и ненадолго. Паша клятвенно обещал выполнить эти незамысловатые пункты, но место нашего свидания держал в секрете. Пыталась выведать, пока переодевалась, тонко намекая на то, что могу пойти и в джинсах, но мужчина не сдавался. Лишь хитро улыбался, уверяя, что мне понравится.
Дорога заняла ни много ни мало целых полчаса, за которые я уже два раза позвонила Елене Дмитриевне, вспомнив очередную «очень важную» подсказку. Когда я решила позвонить и в третий раз, чтобы рассказать, где лежат салфетки, Паша отобрал у меня телефон.
— Я понимаю, что ты волнуешься, но всем нужно отдыхать, и тебе тоже. Я прошу тебя расслабиться только на несколько часов, ладно? Потом мы вернёмся домой, и ты снова сможешь все контролировать. Если не веришь в состоятельность моей мамы, то поверь, пожалуйста, в меня. Ты ведь веришь мне?
— Верю, — выдохнула я, отвечая на провокационный вопрос.
— Тогда поверь, что все будет хорошо. Моя мама знает, что нужно делать с детьми.
