Мы все мчались по загруженной широкой дороге, выскакивая на тротуар и разгоняя честной люд. Элитные коттеджи сменяли друг друга. Красивые черепичные крыши, дымоходы каминов, кованые ограды и ворота. Сначала дорогие дома. Потом попроще. Наконец, на нас глазницами окон уставились простые одноэтажные домики.
Ничего здесь уже не кричало ни о богатстве, ни о статусе их владельцев.
– Арина, – заволновалась надо мной мадам Джакобо, – этот конь явно перепутал адрес.
– А мы что проехали нужный особняк? – тихо поинтересовалась я у нее.
– Не знаю, – пожала она плечами. – Я никогда не была у Мади в гостях. Она всегда приходила сама.
Неопределенно цокнув, я сжала руку Демара сильнее и громко поинтересовалась:
– А мы точно скачем по нужному адресу?
Спросила, но сама каким-то шестым чувством понимала, что да. Не заплутали.
– Конечно, – ответил он, замедляя бег. – Вон тот дом. Третий с конца. С синей облупившейся крышей.
Я быстро нашла нужную хибару. Достатком от нее не несло, скорее покосившаяся открытая калитка жирно намекала на бедность.
Приподняв бровь, я покосилась на растерянную мадам. Не уверена, могут ли бледнеть призраки, но вот этот, который развевался по ветру рядом со мной, стал сейчас белее простыни.
Демар остановился у забора и обернулся ко мне.
– Арина, а вам вообще сюда зачем? Что вы потеряли в этой части города? Всего в пяти минутах пешего хода отсюда начинаются трущобы.
Примерно сопоставив все, что услышала от мадам демонессы, со словами Демара, я решительно… вывалилась из седла кентавра прямо на тротуар. Приземление вышло жестким.
Демар на мгновение растерялся, затем крутанулся и принялся поднимать меня.
– Арина, что же вы? – кудахтал он как квочка. – Как вы так?
– Мои ноги! – взвыла я. – Они теперь никогда не соединятся. Так и останутся колесом. Больно!
Бедные мои нижние конечности не просто затекли, а стали какими-то деревянными.
– Арина… – Демар неуклюже наклонился и поднял меня на руки. – Вам нужно чаще ездить верхом. Я готов катать вас на себе каждый вечер столько, сколько пожелаете. Хотите в седле, а можно и вот так, на руках. Да, надо было сразу вот так и везти.
Он тихо засмеялся. Нет, ну, хороший же мужик! Жаль, что только наполовину. Потому что с задней частью его тела я, увы, смириться не могла. Ну, не представляла я уютного семейного вечера с конем на диване. Не мое это.
– Демар, поставь сейчас же туда, где взял, и помоги расходиться, – мило прощебетала я со зверским выражением на лице.
– Нечестно это, – тяжело вздохнул он. – Я тоже мужчина хоть куда! Но на нас только кентаврихи и смотрят. А другие нет. А что в нас не так? Работаем, как лошади. Только и успеваем, что подковы менять. Зарабатываем хорошо. Мяса не едим. Даже в этом плюс, прокормить легко. Три морковки на завтрак и счастью нет предела. Но нет же! И не смотрите!..
Мне его так жалко стало. Ну, чисто по-женски. Захотелось по голове погладить, обнять и заверить, что все не так…
Вот мы, бабы, дуры, стоит мужику слезу пустить, так все – поплыли.
– А как же та человечка, что в корпорацию пришла до меня? – напомнила я ему. – Зато вас выбирают именно те, кто искренне любят. А не так… на поматросить и бросить.
– Она одна и была, кто взглянул без пренебрежения. – Демар снова печально вздохнул. – А мне всю жизнь нравились ведьмы и человечки. Я еще жеребенком был, когда одну девушку из ваших увидел. Она так красиво в седле держалась. Такая стройная. Грациозная. И ножки эти, такие необычные, изящные. С тех пор на кентаврих и не смотрю. Хочу, чтобы как в мечтах, усадить свою красавицу на спину и домой привезти. Все бы для нее сделал, вывернулся бы наизнанку, но счастливой была бы.
Его признание было таким трогательным, что язык не повернулся съязвить.
– Не понимаю, почему у вас так мало простых людей. В моем мире многие просто обожают лошадей, и от кентавров были бы в восторге. Я в этом уверена. Но как же их доставить сюда?
Он пожал плечами.
– На каждую нужен пропуск, Арина. Пришлые ведь. Иной мир, иные традиции. У нас все на магии работает, у вас на… На чем-то там в общем. Не приветствует правительственная верхушка нововведения, которые вы несете с собой. Только таким денежным воротилам, как господин Джакобо, это и подвластно. Ну, пропуск выписать. Он сколько угодно их пробивать может.
– Угу…
Какая-то неясная мысль шевельнулась в моей голове. Даже не мысль, а скорее идея, сырая и неоформленная. Но все потом…
Я обернулась на притихшую мадам Джакобо. Она совсем не обращала на нас внимания, а, зависнув над калиткой, кого-то высматривала в доме. Ее губы тихо шевелились, но я не слышала слов.
– Ладно, Демар, отпускай. Я потом подумаю, где вам всем невест брать. Не переживай – я тебя быстренько женю. И моргнуть не успеет, как морковку килограммами выращивать начнет. А пока у меня здесь дела.
Он сжал меня на мгновение крепче, словно наслаждаясь моментом, а после выпустил из своих рук. Оказавшись на своих двоих, я пошатнулась. Как же ныли колени!..
– Обратно еду на руках, – выдохнула я малодушно.
– Так плохо?
Демар, казалось, расстроился еще больше.
