Молча приподняв край одеяла, я пригласила его и мгновенно опомнилась, стоило его горячим ладоням коснуться моего живота.
– Я же не одета, то есть раздета! А ну, вон! – вскрикнула я и закашлялась.
Сильно и больно.
Тиски рук сжались сильнее, меня усадили и погладили успокаивающе по спине. Стоило распрямиться, как передо мной появился бокал.
– Пей, скромница моя, мужчинами не пуганная, – засмеялся Инчиро. – Это же какого ты обо мне мнения, что подумала, будто я больную малышку соблазнять начну? Я только обниму, Арина, и не дам замерзнуть.
– Честно? – покосилась я на него, не в силах уступить. – Мне нужно надеть халат.
– Он неудобный, – покачал демон головой. – Не паникуй, я даже подглядывать не стану, только щупать.
Он снова улыбнулся и на щеках показались эти милые ямочки.
Вот же демон, а!
Меня бросило в жар. И болезнь здесь была совсем ни при чем.
– Может, блузку надеть?..
– Арина!.. – его голос стал серьезным. – Я тебя только растер. Ляг и успокойся. И твоя, и моя одежда влажные.
Я снова оказалась на подушке. Только вот теперь под моим одеялом находился чертовски красивый рогатый мужик в одних подштанниках.
А я… А я утирала раскисший нос платком.
Все у меня через одно место.
Да что же я невезучая такая?
Шмыгнув носом, я выдохнула и притихла. Запах паленого развеивался. В комнате становилось заметно холоднее. И почему-то темнее. А ведь сейчас день.
Я невольно взглянула в окно. Тучи на небе казались пугающе черными. По стеклу бил мелкий град. Порывы ветра и вовсе пугали до дрожи.
Инчиро тесно прижался ко мне и не двигался. Его дыхание разбивалось о мои волосы. Осмелев, я пристроила свои озябшие ноги к его. Он не сопротивлялся. Даже не пискнул, что ему неприятно. Грел, как мог.
Я тихо погружалась в сон.
– Как так получилось, Арина, что у тебя нет мужа или жениха?
Его тихий вопрос оказался неожиданным.
Встрепенувшись, я моргнула и призадумалась.
Говорить о венце безбрачия мне показалось глупым. Да и… Признаться, маму я все же любила и не желала очернять ее в глазах кого-либо. Это было мое право и мое решение. А ей, как говорится, Бог судья.
Но отвечать что-то было нужно.
– Училась, потом работала… – пробормотала я, прикрывая нос. – Не до того было…
– Может, ждала кого-то особенного? – не унимался он.
Я же снова напряглась. Терпеть не могу разговоры на подобные темы. Ну кого я там ждала?
Принц не нужен, а за лошадь – я сама.
– Нет.
Я уткнулась носом в подушку, всем видом показывая, что тема закрыта.
Но, видимо, плохо я демонстрировала.
– Ты красивая, умная, серьезная. Неужели там не было ухажеров?
– Господин Джакобо, вам это зачем знать? – не выдержала я.
– Выясняю, есть ли у меня серьезные соперники, – хмыкнул он.
– Сепп, Орхан, Демар. Этих мало?
– Это несерьезные… – Немного поменяв положение, он мягко перекинул через меня ногу, прижимая к матрасу. – С ними я справлюсь. Мне нужно знать, ждет ли тебя кто-нибудь там. В твоей параллели. Хочешь ли ты к нему вернуться?
– Может, о погоде поговорим? – простонала я. – Эта болтовня не имеет смысла. Я – синий офисный чулок, вы – волокита с толпой баб в анамнезе. Интерес потеряете очень быстро. Галочку просто поставите у себя в блокнотике, мол, Арина под вами была, и пойдете дальше искать непокоренных…
Он замер. Слышно было только глубокое дыхание.
Снаружи загрохотало. Засверкало. Гром, молнии, словно небеса взбесились.
– Этого не будет, – наконец, выдохнул он. – Ты не понимаешь разницы, но я ее осознаю. Женщин не будет. Измен не будет. Я умею быть верным, Арина, потому как, по сути, однолюб.
– Просто до этого не любили? – хмыкнула я.
– Да, – сказал он серьезно. – Никогда.
Его руки сжались сильнее.
Слов у меня не осталось. Да и у него, похоже, тоже.
Мы просто лежали в полумраке комнаты, и каждый думал о своем.
Тепло. Что-то коснулось моего лба. Так приятно!.. Я улыбнулась и тут же поняла, что сплю. Вернее, уже проснулась. Тяжелый вязкий сон отступал, возвращая меня в реальность.
Снова прикосновение. Открыв глаза, я зажмурилась. Резь никуда не делась.
– Тихо, моя девочка, – раздалось надо мной. – Сейчас протру.
Влажная тряпица легла на веки.
– Что это? – прохрипела я севшим голосом.
– Чай. А точнее, заварка. Мне сказали, что она помогает. У тебя жар, Арина.
– Я спала?
Тряпица исчезла с глаз. Осмотревшись, я сообразила, что мы все еще в трактире, и за окном темно. Вечер или, может быть, уже ночь.
– Да, ты уснула. А после началась горячка.
Инчиро стер дорожки капелек, скатившихся на виски.
– И давно?
Повернув голову, я заметила в полумраке комнаты камин, в нем весело трещал огонь. На прикроватной тумбочке стоял деревянный таз, рядом два бокала.
– Давно, Арина. Сейчас уже легче. Я обтирал тебя. Очень пригодилась мазь. Нашли еще у одной семьи из постояльцев ведьминскую травку. Слава богам, она помогла.
Инчиро выдохнул. Устало. В нем что-то изменилось. Неуловимое, но заметное. Исчезли надменность и высокомерие. В подштанниках, с зажатой тряпкой в руках, с морщинками в уголках глаз. Такой простой и понятный.
– Прости, – шепнула я. – Ты измучился со мной.
