— Покупай по две, — парирую я, наслаждаясь самой мыслью о том, чтобы ее баловать. — Даже тогда мой счет и не пошатнется.
Бабушка лишь покачивает головой с теплой улыбкой и вручает Райе шкатулку из черной замши.
— Карта — от Лекса, а это — от меня, — говорит она с мягкой улыбкой. — Каждой жене моего внука я дарю уникальный, бесценный ювелирный набор, созданный вручную Лорье, и этот — для тебя. Лексингтон сказал мне, что твой любимый цвет — желтый, так что в твоем комплекте желтый сапфир и бриллианты. Это немного старомодно, но, надевая его, ты покажешь миру, что имеешь мое благословение.
— С-спасибо, — пробормотала Райя, ошеломленная.
До этого момента все ее контакты с бабушкой были предельно формальными, связаными с брачным договором и документами, которые мы подписали перед свадьбой. Думаю, только сейчас она действительно почувствовала себя частью семьи.
— Как вы оба, конечно, понимаете, этот брак подразумевает ряд правил, и мы должны убедиться, что вы их осознаете, — говорит мать Райи тоном, в котором слышится мягкость, но также настойчивость. Я замечаю, как моя жена выпрямляет спину, готовясь к разговору.
Бабушка одаряет ее улыбкой, прежде чем перевести взгляд на меня, и я понимаю, что сейчас начнется самое интересное.
— Я буду краткой, так как мы почти приехали, — заявляет она.
Я коротко киваю, прекрасно зная, что она собирается сказать.
— Лекс и Райя, ваш брак должен продлиться минимум три года.
Мы оба киваем — это далеко не новость. Все это было прописано в контракте, который мы подписали.
— В течение этого времени вы обязаны проживать в поместье Виндзоров и делить одну постель.
Я замечаю, как напрягается отец Райи, но ее мать мягко кладет руку ему на колено. Он смотрит на нее, и что-то в ее взгляде, кажется, его успокаивает. Я понимаю, почему Райя так к этому стремится, но сомневаюсь, что она осознает, насколько редка такая связь.
— Вы не можете быть в разлуке более трех дней подряд и не более двенадцати дней в году. Хотя этот союз основан на деловых интересах, мы надеемся, что ваш брак станет успешным, а эти правила помогут вам дать ему честный шанс. Поэтому измена в любом виде недопустима. Если одно из условий будет нарушено, слияние компаний сорвется, а ты потеряешь свое наследство, Лекс.
Мы с Райей снова киваем.
— И это еще не все, — произносит отец Райи. — Несмотря на то, что ваш дом — поместье Виндзоров, я хочу, чтобы вы приезжали к нам каждые выходные. Я дал согласие на этот брак, но мне нужно знать, что моя дочь в порядке. Я хочу видеть, как ты с ней обращаешься, и если хоть раз…
— …мы будем просто рады видеть вас по выходным, — быстро перебивает его мать с натянутой улыбкой. — Вы будете приезжать домой каждые выходные. Мы понимаем, что у вас могут быть социальные обязательства, но даже в таком случае мы хотим, чтобы вы проводили у нас хотя бы ночь. Взамен мы освободим вас от других семейных мероприятий в течение первых трех месяцев, чтобы вы могли сосредоточиться на своем браке.
— Понял, — отвечаю я, стараясь выглядеть искренним. Как бы неудобны ни были их требования, я не могу осуждать их за заботу о своей дочери.
Отец Райи выглядит удивленным, будто не ожидал, что я так легко соглашусь. Его плечи немного опускаются, но я не могу понять, испытывает ли он облегчение или раздражение. Его выражение сменяется на искреннюю тревогу, когда машина останавливается перед моим домом. Он протягивает руку, беря дочь за свободную ладонь, и ищет ее взгляд, молча говоря ей что-то важное. Даже я без слов понимаю его послание — обещание защиты, гарантия, что если она захочет, он заберет ее домой.
Но Райя просто улыбается, наклоняется и целует его в щеку, затем делает то же самое с матерью.
Она поворачивается ко мне, крепче сжимая мою руку. Я киваю, а затем выхожу из машины и подаю ей руку. Спустя мгновение, не давая ей опомниться, я подхватываю ее на руки.
— Что ты делаешь? — ахает она, бросая быстрый взгляд на машину позади нас.
Я ухмыляюсь и делаю шаг вперед.
— То, что должен, моя маленькая фея. Несу свою жену через порог в наш дом.
Глава 24
Ее глаза не отрываются от моих, пока я несу ее через порог, и я ухмыляюсь, испытывая облегчение от того, что в ее взгляде вновь появляется то самое выражение, что было в розовом саду. Это еще не тот огонь, что вспыхнул между нами в первый день знакомства, но по сравнению с недавней отчужденностью — это уже победа.
Когда я вхожу в спальню, она закусывает губу, ее взгляд скользит по моему лицу, а в глазах появляется легкая неуверенность.
— Это тот самый дом, в который ты, как говорил, никогда не приводил женщин? — ее голос чуть тише, чем обычно. — Дом, который ты оставил для своей жены?
Я киваю и аккуратно ставлю ее на пол. Она делает шаг назад, осматриваясь, ее выражение сложное, будто она сама не уверена, что чувствует. Я внимательно наблюдаю за ней, пока она разглядывает светлый интерьер и высокотехнологичное оборудование, разбросанное по комнате. Я не уверен, что сказать теперь, когда мы остались наедине.
