Все ждали Его Величество и нетерпеливо смотрели в окна – каждый надеялся первым заметить автомобильный кортеж. Но прибыл король все-таки неожиданно – и не в машине, а по старинке, в золоченой карете. По залу пронесся взволнованный шепот. Все мигом поднялись, в тишине зашелестели пышные юбки, приветственно заиграл оркестр. Молодой король был серьезен, элегантен и красив. Так же хорош был сопровождавший его капитан в белоснежном кителе – Бенджамин, брат невесты. Морской принц.
Запела скрипка, и со ступеней шагнула Элли: в убранстве, словно сотканном из снежинок, она походила на очаровательную фею. Нежное, искристое, струящееся платье деликатно открывало хрупкие плечи и тонкие трогательные руки, подчеркивало изящную талию. Золотистые локоны украшала сияющая диадема, на фате поблескивали жемчужинки. Вместо ожерелья на шее сверкала янтарная капелька – та самая, что когда-то подарил ей Ден.
Элли улыбнулась Дену и тот, едва справившись с водопадом чувств, подарил ей букет, прикоснувшись губами к прохладной щеке. «Какие прекрасные цветы!» – шепнула Элли. «Ты прекраснее, – отозвался Ден. – Ты похожа на подснежник».
Снова заиграли скрипки и гобои. Ден и Элли шагнули к украшенной цветами арке, где, выпрямившись, стоял король в серебристой мантии, в маленькой, украшенной рубинами короне. Правитель соединил их ладони и проговорил: «Да будет ваш союз вечным и счастливым!» – а они уважительно поклонились.
Король, окруженный свитой, пробыл на церемонии всего-то полчаса – а переполоха было столько, будто молодой монарх собирался есть, пить и танцевать до утра. Но он только поздравил молодых и подчеркнул: «Наступил новый этап в жизни нашего королевства. Пусть эта свадьба станет символом долгожданных перемен!» Речь короля была краткой: он сообщил, что улучшит положение сельчан, построит новые больницы, усилит школьное образование, всем разрешит учиться в университетах и работать на любой должности в каждом городе королевства. Его слова встретили аплодисментами. Дворяне, надо признаться, хлопали довольно вяло, а вот сельчане – горячо и от души.
Зал для торжеств, каким бы он ни был просторным, не мог вместить всех желающих, но речь монарха транслировали по радио и по телевидению – новомодной новинке королевства.
Король что-то шепнул Бену и, шагнув к просиявшим людям, задержался возле Лизы, одетой по такому случаю в шелковое платье персикового цвета, – оно очень шло к ее пышным рыжеватым волосам. Ден услышал, как правитель поинтересовался у его сестренки: «Ты здорова? Как себя чувствуешь, Лиза?» И та, зардевшись, поклонилась: «Благодарю, хорошо».
Напоследок король сфотографировался с молодоженами и гостями на роскошной мраморной лестнице. Сельчане на передний план не выдвигались, а вот дворяне пытались встать поближе к монарху. Хорошо, что распорядитель господин Милс быстро взял всё в свои руки и расставил всех так, как надо. В толпе, окружившей короля, Ден заметил графа Андреаса – брата Элли. Только герцога Криса, несостоявшегося жениха, не было видно – да его никто и не приглашал.
Король ушел – и началось время поздравлений. Ден видел, как матери от волнения едва сдерживали слезы, да и граф был растроган, а вот сестры, и Милена, и Лиза, не плакали, а только радовались за молодых.
К Дену и Элли подходили и деревенские ребята, и богатые жители дворянских замков. Приблизились и высокомерные красотки с прическами, похожими на мороженое (Элли шепнула: «Вернелли»), и даже граф Андреас. Тот, правда, только сухо кивнул – и поспешил исчезнуть. Коротко, но душевно, поздравил молодоженов Генриор. Он ласково обнял Элли, крепко пожал руку Дену – и удалился, у него, как всегда, было много хлопот.
Возле Сержа, облаченного в элегантный синий костюм (он сидел так хорошо, будто Серж каждый день носил такую одежду), смущенно улыбалась его жена Долли. Когда Ден узнал, что они решили пожениться, у него будто камень с души упал. Долли похорошела, постройнела, завила волосы, вместо ситцевого платья надела вишневый костюм, а вместо платка – шляпку-таблетку. Ден крепко пожал руку Сержу, а Долли обнял, как сестру.
– Как странно… – вдруг задумчиво шепнула Элли, когда Серж с Долли отошли. – Я вспомнила про Раниту. Она хотела сломать нам жизнь, а подарила счастье.
– Я тоже об этом подумал, – признался Ден. – Поэтому даже не злюсь на нее.
– Вы о Раните? – удивилась шагнувшая к ним толстушка Лала – дочь мельника. Она крепко держала под руку долговязого мужа. – Так ведь она уже жизнь в Тиссе устроила. Беременная, говорят, ходит! А вот замуж вышла или нет, того не скажу. Не знаю, на свадьбу никого не приглашала.
– Ну и не сплетничай тогда, Лала! – осадил ее муж и обернулся к молодоженам. – Поздравляем вас, ребята!
Снова и снова Ден вспоминал, как в храме, волнуясь, надевал на тонкий палец Элли золотое кольцо. Элли – его жена! Такая прекрасная, будто вокруг нее сияет золотая пыльца.
– Сыграй нам, Ден! – Морской Принц, который провожал короля, вернулся и протянул другу гитару.
