– Властью, данной мне небом и государством, я, король Максим Четвертый, отменяю казнь подданного – сельчанина Дениса Дина, – уверенно расправив плечи, отчеканил молодой властитель. – Новые обстоятельства дают мне право даровать свободу… – он перевел дыхание. – Даровать свободу сельчанам, которые явились в столицу, чтобы спасти своего товарища. Объявляю также, что с этого дня все уроженцы сёл имеют право беспрепятственно посещать любые города королевства, не предъявляя при этом документов об особом разрешении. Также будут изданы новые указы во имя достойной жизни всех подданных, в том числе деревенских жителей.
Кто-то радостно всплеснул руками, кто-то обрадованно засмеялся, но большинство по-прежнему смотрело на молодого короля с недоверием и беспокойством.
– Всё это хорошо, только нашу рыжую Лизу-то уже не вернуть! – выкрикнул чей-то отчаянный голос из толпы. – Да и Сержа то ли лечат, то ли калечат!
Шевельнулись было стражники, но король показал жестом – никого не трогать! – и продолжил:
– Тем, кто пострадал в столкновении, будет оказана всесторонняя медицинская помощь. Я лично навещу их в больнице.
– А что же делать с арестантом Денисом Дином, Ваше Величество? – тихо поинтересовался распорядитель – немолодой начальник тюремной стражи, по-прежнему крепко сжимая ружье.
Берри полагал, что король Максим… то есть Его Величество Максим Четвертый!.. без раздумий произнесет: «Немедленно освободить!» Но король вновь поднес к губам микрофон.
– Арестант Денис Дин останется в заключении до выяснения всех обстоятельств дела.
Берри едва сдержался, чтобы не выпалить: «Так ведь всё и так кристально ясно, Ваше Величество!», но король говорил непреклонно:
– Я уважаю закон. Подданный Дин будет находиться в Зеленом замке города Короны до тех пор, пока не появятся правовые условия для его освобождения. Предварительное решение имеется. Полагаю, что срок заключения будет недолгим, – завершил он, и Берри прекрасно понял, о чем идет речь. Если Элли выйдет за Дена, буква закона будет соблюдена.
Внизу, на площади, кто-то захлопал – сначала неуверенно, а потом громко. Остальные радостно поддержали. Зашелестели дружные аплодисменты, полетели одобрительные выкрики.
– А с нас-то это украшенье снимут наконец или нет? – раздался тот же молодой непримиримый голос. – Тяжеловатая побрякушка! – и Берри с волнением понял, что погремел цепью его давний товарищ Трим – молодой, напружиненный, непримиримый.
– Не советовал бы сейчас это делать, Ваше Величество! – торопливо шепнул седой начальник стражи. – Все же бунтовщики. Вдруг начнется…
– Не начнется! – сказал король. – Снимите кандалы!
И правда, ничего особенного не началось. Люди растирали затекшие кисти, переглядывались, переговаривались, несмело улыбались. Только один человек на площади загрустил – всеми позабытый палач, человек-гора. Он озадаченно переминался с ноги на ногу, нервно постукивал топором по щепастым доскам. Берри, стоявший рядом, тихо ему шепнул: «А работенка-то у тебя так себе, парень! Видишь, какая ненадежная? Меняй-ка, пока не поздно. В портовые грузчики иди – без дела не останешься!» Палач обиженно дернул могучим плечом.
– Королевское решение принято, – заключил правитель. Он хотел было сойти с помоста, но услышал голос Берри:
– Ваше Величество, можно мне побеседовать с арестантом Денисом Дином?
– Конечно, – обернулся король. – Завтра можешь пойти в Зеленый замок. Там разрешены свидания.
– Но я бы хотел сейчас.
Начальник стражи сдвинул седые брови и сжал ружье, но король холодно пожал плечами:
– Хорошо.
Берри шагнул к Дену – ошарашенному, растерянному, бледному.
– Ден! Здравствуй. Ты меня узнаёшь? – и, глянув в непонимающие глаза, добавил совсем по-детски, шепотом: – Эй, Динь-Динь…Колокольчик!
Взгляд парня стал озадаченным, в серых глазах заплескалось недоумение, но уже через мгновение вспыхнули яркие огоньки:
– Морской принц? Да неужели ты? – и широко улыбнулся, радостно покачал встрепанной головой. Восхищенно окинул взглядом белый китель старого приятеля, сияющие награды: – Ого, да ты теперь и вправду Морской принц!
Берри рассмеялся: вспомнил, что деревенские ребята по-доброму, необидно называли его именно так: ведь жил он в замке, рассказывал о дальних странах и бредил путешествиями.
– Да нет, не принц, всего лишь моряк, – Берри крепко обнял друга и с огорчением понял, что тот не может обнять в ответ – его руки были обмотаны серой жесткой бечевкой. Ден с досадой бросил взгляд на запястья, поморщился. Берри поискал глазами начальника стражи. Тот сразу понял его, резко мотнул головой: «Это арестант. Не положено».
– Да ничего. Раз король сказал, скоро отпустят, – улыбнулся Ден, и Берри понял: всё, что происходит, кажется ему счастливым сном. – Друг! Да ведь, наверно, это ты убедил короля, чтобы мне не сносили голову! Я еще и поверить не могу.
– Главное, что почти всё позади, Ден.
– Но как ты узнал, что я попал в такую передрягу?
