С уменьшением количества американцев во Вьетнаме и увеличением числа солдат NVA поблизости опасность для наших оставшихся подразделений была велика. Кто-то должен был проникнуть в эти новые прибежища и следить за этой растущей угрозой. Таким образом, нашей новой зоной разведывательных операций стала десятимильная полоса вдоль границы Южного Вьетнама с Лаосом, от Демилитаризованной зоны на севере до долины Ладранг к юго-западу от Плейку. Нам больше не нужно было пересекать границу, чтобы разведывать Тропу Хо Ши Мина, потому что она сама пришла к нам.
В наших разведывательных группах за время моего отпуска произошло не так уж много, потому что мы приноравливались к новому району действий, а большая часть авиационной поддержки была направлена на южновьетнамское вторжение в Лаос. Хотя им практически пришлось связать его, штаб SOG убедил Джо Уокера покинуть РГ "Калифорния" и стать инструктором по тактике разведки в разведывательной школе SOG около Сайгона. Он едва успел передать команду новому Один-Ноль, штаб-сержанту Чарльзу Клейтону, как она оказалась втянута в тяжелую перестрелку, в которой были ранены все трое американцев — Клейтон, Гален Массельман и Тоби Тодд. Отправившийся с ними доброволец, капитан Роберт Каморс-младший, также был ранен.
К счастью, за время моего отсутствия мы больше не потеряли ни одного человека.
В моем первом после возвращения вылете на Кови с капитаном Гэри Арментраутом мы пролетали над Дакто, и хотя я отсутствовал всего пять недель, он выглядел как город-призрак, его деревянные постройки были разобраны, палатки исчезли, вся база была почти заброшена, за исключением нашей стартовой площадки. Однако в пятнадцати милях отсюда северовьетнамская армия выглядела сильнее, чем когда-либо. Война менялась тревожным, настораживающим образом.
Для нас, однако, это был тихий день. У нас не было групп, которые нужно было высадить или забрать, а у групп в поле не было ничего важного, чтобы доложить об этом. Весь день мы летали, описывая широкие круги, разговаривая и слушая музыку, передаваемую Радио Вооруженных Сил. В середине дня Арментраут спросил: "Джон, ты когда-нибудь катался на лыжах?"
"Немного", — сказал я, — "в Миннесоте".
"А катался ли ты когда-нибудь по облакам?" Чтобы показать мне, он перевел OV-10 в ленивый разворот с набором высоты, поднимаясь, поднимаясь, пока мы не достигли вершины пухлой кучевой горы. "Тебе это понравится", — пообещал он, когда мы спикировали вдоль кромки склона, держась достаточно близко к его краю, чтобы оставаться на солнце, поворачивая и кренясь, и ехали вниз, вниз, вниз, пока не перепрыгнули его последний холм и не принялись искать другую гору. Так мы провели остаток дня, по очереди катаясь по небу, скользя по эфирным склонам вне досягаемости зенитного огня, далеко за пределами любых мыслей о войне.
Несколько дней спустя другой пилот OV-10, известный как "Орлиный глаз" за свою способность находить даже сильно замаскированные цели для авиаударов, показал полную противоположность Арментрауту. Я спросил, есть ли у него какая-нибудь секретная техника, которой он мог бы поделиться?
Орлиный Глаз помедлил, а затем заявил: "Я покажу, как я это делаю".
Мы пошли вниз по спирали, и когда выровнялись, оказались на уровне деревьев — прямо на уровне — ныряя и выписывая виражи среди угрожающих холмов, возвышающихся над нами. Директива Седьмой воздушной армии требовала, чтобы самолеты FAC летали не ниже 2500 футов (762 м) над уровнем земли, угрожая нарушителям выговорами и даже наказаниями по Статье 15[81]. Но вот тут мы, в 100 футах над джунглями, так низко, объяснил Орлиный Глаз, что он мог видеть сквозь большую часть маскировки северовьетнамцев. "С 2500 футов мне не найти ни черта", — жаловался он, — "поэтому я рискую огнем с земли и выговорами, но я нахожу ублюдков". По его словам, бюрократию ВВС беспокоила не опасность для пилотов, а вероятность повредить самолет. А что он будет делать, если в его самолете будут попадания из АК — доказательство того, что он был ниже 2500 футов? "Тогда я солгу и скажу паркетным умникам, что вел огонь для одной из ваших разведгрупп". Это было единственным оправданием для FAC, получившего попадание из АК. Затем все, что ему предстояло — купить наземному экипажу по ящику пива за каждое пулевое отверстие — если они обнаружат их раньше него.