Для подтверждения своих выводов Марти приводит результаты интервью с более чем 30 действующими и бывшими сотрудниками разведслужб Европы и США, а также компьютерный анализ данных международной системы планирования полетов. Это позволило назвать некоторые конкретные места содержания незаконно задержанных узников на территории Европы.
Марти также подробно исследовал роль правительств отдельных государств в незаконных задержаниях, выдачах и содержании под стражей своих граждан (роль итальянских властей в деле Абу Омара, канадских – в деле Махера Арара) и указал на сокрытие важных для проводимых судебных следствий данных со стороны итальянских и германских властей.
Важнейший вывод Марти (его важность показывает тот факт, что уже на следующий день Белый дом выступил с опровержением обнародованной информации): возможность содержания узников ЦРУ в Европе возникла после подписания секретного соглашения между США и НАТО в октябре 2001 года. Марти утверждает, что государства – члены НАТО существенно нарушали права человека в целях сохранения государственной тайны.
В то же время НАТО отказывается от обвинений, выдвинутых против этой структуры. Как заявила на следующий же день после обнародования второго доклада Дика Марти заместитель официального представителя НАТО Кармэн Ромеро, секретного договора между США и Североатлантическим альянсом о транспортировке самолетами через территорию Европы подозреваемых в терроризме не существует. По словам Ромеро, перелеты совершались «по индивидуальной» договоренности между США и другими союзниками по НАТО.
Даже если мы делаем незаконные вещи или если мы причиняем вред (а я знаю – речь может идти об отвратительных вещах), ничто нельзя приравнять к тому, что делают сами террористы.
Белый Дом, отделенный от расследования Временного комитета океаном, пытался построить свою версию происходящего. 10 марта 2006 года в Вашингтоне Филипп Зеликов, советник Госдепартамента, а в прошлом – исполнительный директор Комиссии по расследованию терактов 11 сентября, читал лекцию с впечатляющим названием «Правовая политика в сумеречной войне»[30]. Отвергнув все обвинения в адрес США, касающиеся пыток, чиновник пояснил суть термина «выдача»: «пересылка какого-либо лица из одного места в другое с целями допроса или долговременного содержания под стражей».
Местное правительство, по Зеликову, может не желать присутствия неких лиц на своей территории, желает от них избавиться. Что делать, если экстрадиция невозможна: «либо потому что юридическая система не срабатывает адекватно, по их [местного правительства. – Ред.] мнению, либо доказательства недостаточны для представления в суд, хотя для местных властей они вполне убедительны?» Тут и становится понятной миссия, взятая на себя США. «В ситуации, когда местное правительство, в силу разных причин, не способно решить проблему, выбор невелик. Нельзя же позволить [подозреваемым] лицам остаться в стране, в которой они обычно не проводят терактов; они планируют атаки на нас и на наши объекты в других странах», – утверждает Зеликов.
Итак, безопасность США требует перемещения подозрительных лиц из страны их пребывания, где они готовят теракты против Америки, в некое более удобное место, где данные лица могли бы находиться под присмотром. Увы, не всегда возможно передать этих лиц в третьи страны. Тогда приходится брать их под стражу американским властям, помещая затем, к примеру, в Гуантанамо, либо отправляя в тюрьмы в Ираке. Отказ от практики «выдач», по Зеликову, будет иметь «катастрофические последствия». «Выдачи» необходимы, но надо четко прописать цели и задачи такой политики.
Отзвуки скандала прослеживались не только в выступлениях официальных лиц. 22 апреля 2006 года стало известно, что из Центрального разведывательного управления уволена Мэри Маккарти, проработавшая в этой организации 25 лет. Она занимала пост специального советника при прошлом президенте США – Билле Клинтоне и при нынешнем – Джордже Буше. Причиной увольнения была названа «передача прессе секретной информации».
Нет сомнений, что увольнение Маккарти произошло в рамках расследования, начатого ЦРУ после появления первых публикаций на тему секретных тюрем. Сотрудники управления были обязаны пройти тесты на детекторе лжи. Во время проведения допроса г-жи Маккарти полиграф показал, что она «может говорить неправду». Г-жа Маккарти до сих пор не признает себя виновной, утверждая, что она не могла передать данную информацию хотя бы потому, что у нее не было к ней доступа.
