Сегодня суббота, в ресторане свободных мест уже нет, только один столик у окна пустует. Видимо, ждет уважаемого человека. И точно, я угадал. Чуть позже появляется Геннадий. Как всегда подзывает официанта, заказывает водки и что-то говорит ему. Тот подбегает ко мне и просит сыграть джазовую композицию. Не моргнув глазом, исполняю первую часть регтайма Джоплина. Вторую, к сожалению, не помню. Но и этого хватило сполна. Офицер, довольно улыбаясь, подходит ко мне и предлагает:
— Давай знакомиться. Меня Геннадий зовут. Служу в военкомате. Здесь скучновато, но твоя игра понравилась, подняла настроение. Идем за столик, посидим немного, расскажешь о себе.
Я принимаю приглашение и сажусь напротив.
— Рассказывай, откуда приехал в наши края?
— Из Питера. Без работы недавно остался. Хотел за «кордон» улететь, но денег не нашел. Хамид предложил тут поработать. Мы с ним давно дружим, лет десять. Доверяю ему, вот и приехал, — играю роль простака и чувствую, что моё поведение импонирует Геннадию, который считает себя прожженным хитрецом. Куда там Маккиавелли и кардиналу Ришелье!
На самом деле, разработанный «на ходу» план меня слегка тревожил. Все-таки, Хамид человек «государственный» — офицер милиции, и Геннадий, зная об этом, не может совсем не опасаться его. Тогда, по логике, он должен опасаться и меня. Но легенда составлялась в Питере. Приходится ей следовать.
— Правильно, у Хамида здесь все свои. Мы с ним тоже дружим, — отвечает Геннадий.
«Ах вот как! Недаром говорят: Восток — дело тонкое. Как оказалось, здесь не важно, кто ты и какую должность занимаешь. Важно другое — свой или чужой. И если ты — вор, а твой друг пошел работать в милицию, значит все отлично — у тебя есть свой человек в милиции, а у него свой среди братков. Очень удобно».
Меж тем, Геннадий интересуется:
— Ты и живешь у него?
— Да, у него. Вот денег скоплю, тогда в Европу или в Америку махну. Необходимо заработать на первое время проживания.
— Тут можно и другим подрабатывать. Позже, может и расскажу, если подружимся.
— Посмотрим. Я человек новый, для начала, надо здесь закрепиться.
— Тоже верно. Думаю, мы с тобой еще не раз встретимся. Иногда к Хамиду домой приезжаю.
— Простите, но это уже ваши с полковником дела, а мне пора играть, — прерываю разговор, встаю и возвращаюсь к пианино.
Так быстро, самым банальным образом, началось и закончилось первое общение с Геннадием. Я играю еще долго, а он сидит и внимательно слушает.
Моя работа и его отдых заканчиваются одновременно. Он расплачивается, я закрываю крышку пианино. Очень удачно. Мгновенно возникает идея — проследить.
Подавляю авантюризм, как обещал Анисимову. Вряд ли после ресторана он пойдет еще куда-нибудь, кроме дома. А где он живет — итак известно. И как живет, и с кем… Последить за ним, конечно, не мешало бы, но не сейчас и, лучше, не мне. Во всяком случае, не после такого многообещающего разговора.
Беременность протекает без отклонений. После очередного посещения женской консультации неспешно прогуливаюсь по магазинам на Невском — присматриваю детскую одежду. Неожиданно кто-то окликает меня по имени. Оглядываюсь и узнаю своего давнишнего приятеля — Константина.
— Лерочка, привет, Питер — город маленький и тесный!
— Привет, Костик. Куда направляешься?
— Мой кабинет на соседней улице. Теперь я свободный предприниматель — практикующий психолог.
— Ты молодец! — радуюсь за приятеля.
— У тебя есть свободное время?
— Есть.
— Идем со мной, покажу и расскажу тебе кое — что интересное.
Соглашаюсь. Он приводит меня в маленькую комнатушку, служившую раньше колясочной.
— Здесь моя тайная обитель, — шутит он, — заходи. Я захожу и сразу замечаю, что на столе его скромного кабинета лежит новенький ноутбук.
C удивлением спрашиваю:
— Костик, у тебя родственники в Японии?
— Нет, — улыбается Костя, — знакомый моряк из загранки привез. Ноутбук мне для работы необходим. Сейчас узнаешь…
Костя усаживает меня на стул прямо перед собой, достает фотик неизвестной мне марки (видимо, тоже японский), фотографирует лицо, затем перекачивает фотографию в компьютер.
— Смотри внимательно… видишь, лицо на мониторе делится на две половинки, причем очень нестандартно. Соединяются вместе две левые и две правые части.
— Зачем ты их разделил?
— Лицо, состоящее из левых половинок — жизненный портрет, а лицо, состоящее из правых половинок — духовный портрет личности, — объясняет Константин, — в компьютере установлена специальная программа, разработанная институтом космических исследований. Она составляет исключительный по своему содержанию духовный прогноз для человека. С ее помощью можно понять, в каком направлении личности развиваться дальше. Обычно лица людей слегка, еле заметно, несимметричны. Соответственно, либо жизненный портрет весьма слабый, либо слабый духовный, а жизненный преобладает. Гармоничных людей на свете мало. Поэтому и живем не в гармоничном мире.
— Не знала, что есть такой метод! — искренне удивляюсь.
