Данные в сервисе и наших базах были обезличены, поэтому для меня цифры оставались лишь цифрами. Это обычные ключи, безликие идентификаторы, за которыми стояли реальные люди, вертевшие всю систему по противодействию коррупции на одном месте. Организованно вертевшие.
Это напрягало. Очень напрягало. По истории кода большая часть таких инъекции была внедрена Мун Джи Сонгом, но нашлась парочка сделанных и мною. Чон Ван Ги в прошлом к работе подходил без искорки. Ему сказали сделать, он сделал. Зачем, для чего, почему — не его ума дело. Главное, не пропустить воскресную игру в го и не получить нагоняй от руководства.
Мда. По всему выходило, что крошечный отдел в полуподвальном помещении Тонгкан Солюшен покрывал игры очень больших и очень неприятных людей.
Интересно, насколько больших и насколько неприятных…
[1]рефакторинг — Переработка кода для его оптимизации, улучшения
[2]ревью — процесс проверки написанного кода. Бывает автоматическое и ручное. Чаще и то и то.
[3] Софтскилы навыки межличностного общения, лидерства, коммуникации и управления.
[4]Фича — Новая разработка, дополнительная функция
— Нет! — сказала девушка и топнула ножкой. Одетая в дорогой деловой костюм, не способный скрыть её подтянутую фигуру, она с гневом и возмущением смотрела на собеседника. Карие глаза сверкали от несдерживаемых эмоций. — Так никогда не будет, отец! Я же не для того столько лет училась, чтобы стать твоей… твоей… Племенной кобылицей!
— Со Ён, семье это нужно, — Сон Джун Хён, председатель Тонгкан Солюшен, излучал уверенность и силу. Он даже не встал из роскошного кожаного кресла, с некоторым снисхождением наблюдая за дочкой. О, внутри тоже бушевал ураган, но когда ты на вершине, эмоции должны оставаться в тени.
— Семье⁈ — задохнулась от возмущения красавица. — Семье⁈ Сразу скажи прямо, что это нужно дедушке!
— Со Ён! — чуть повысил голос Сон Джун Хён и нахмурился, отмечая непокорной дочери своё недовольство. — Где твои манеры? Неужели Европа так тебя изменила⁈ Неужели там учат без почтения относиться к старшим? Я слышал про то, как испортилось образование в Германии, но ты всё равно поражаешь меня!
Девушка прищурилась. Грудь её вздымалась от кипящих внутри страстей, но Со Ён всё же сумела совладать с собой. Она собралась с силами и выпалила:
— Я принесу семье гораздо больше пользы, если смогу применить те знания, что получала эти шесть лет, отец!
— Больше, чем сталелитейное производство господина Ли Бо Гома? — уточнил Джун Хён.
— Айгу[1]… — закатила глаза Со Ён. — Отец!
— Твой брак добавит в Тонгкан очень многое…
— Но я ведь могу больше чем просто рожать детей! Папа!
На глазах Со Ён появились слёзы. Она бросилась на колени, сложив молитвенно ладони:
— Папа, я правда могу добиться большего! Это же моя жизнь. Я ведь так старалась! Я была лучшей ученицей! Я знаю больше чем Пак Хо! Позволь же мне доказать свои знания!
Джун Хён тяжело вздохнул.
— Твой брат ещё молод, Со Ён. Конечно, ты знаешь больше. Я умоляю тебя, дочь моя, встань.
— Нет, — мотнула головой девушка. — Нет, не встану! Дай мне шанс, папа. Я готова на любое твоё испытание. Ты ведь говорил, что в будущем, когда придёт время, я возглавлю Тонгкан Солюшен. Ты обещал показать мне, как всё устроено. Ты говорил, что я должна понимать, чем мы занимаемся. Что я должна чувствовать то, чем живут простые работники Тонгкан! И что я должна учиться-учиться-учиться. Я училась, отец. Я ждала, а ты… Неужели ты обманул меня?
Отец чуть замялся. Да, он обещал. Да, он отправлял свою дочь для того, чтобы она смогла когда-нибудь представлять интересы семьи, заменив его на посту председателя. Да, он видел в ней свою замену. Но время шло. Интересы семьи менялись. Племянник проявлял интерес к Тонгкан Солюшен, и судя по недавним заявлением старика — именно его дедушка Со Ён и хочет видеть во главе корпорации, а саму Со Ён в браке с представителем семьи Ли.
Мог ли он воспротивиться воле отца? Конечно же нет.
Но сейчас его дочка плакала, стоя перед ним на коленях, и пусть на лице Джун Хён не отражалось никаких чувств, а внутри всё болело за родную кровь. Конечно же, он любил её, конечно же, хотел увидеть, как она идёт по жизни, одерживая победы за победами. Если бы всё было так просто…
— Хорошо, — подался он к ней. — Встань.
Со Ён послушалась, но глаз не подняла. Лишь шмыгала носом, словно маленькая девочка. Как будто ей снова семь лет, и у её любимой куклы оторвалась рука, а Со Ён, отчего-то, обвинила в этом себя.
— Я попробую поговорить с Сон Гын Сок, — он приобнял дочку за плечи, заглядывая в лицо. — Была бы дочь красива, а зятя выберем, да?
Со Ён подняла взгляд:
— П…П…Правда?
