В этот момент соображение мне окончательно отказало, потому что ему вздумалось поцеловать мою грудь прямо через тонкую ткань сорочки. Это было уже слишком! Какая-то другая женщина на моем месте наверное смогла бы удержать себя в руках, расставить все точки над i и сказать: “Сорин! Мы не будем заниматься тем, чем мы сейчас занимаемся, пока не поговорим! Да-да, и убери свои руки из-под моей юбки, я обиделась!”
Но это какая-то другая женщина, а я, судя по всему, была простой как три копейки и ужасно жадной до ласк дракона, которого сильно любила.
— Чертов ошейник, — ругнулся Сорин, пальцами оттягивая вниз ожерелье и прижимаясь губами к ямочке между моими ключицами.
— Нам не привыкать, да? — хмыкнула я.
Он замер, посмотрел мне в глаза, и его лицо вдруг стало очень сложным, я так и не смогла понять, какие эмоции там отражаются. Больше всего было удивления, понимания, горечи, какой-то непонятной нежности — целый шквал.
Поцелуй, которым он наградил меня после этого, был совсем легким, аккуратным и одним из тех, которых у нас до сих пор не случалось. Мягкое соприкосновение губ, ладони на щеках, твердое горячее тело, которое прижимается к моему.
В какой-то момент руки Сорина легли на живот, аккуратно его погладили, а потом спустились ниже, потянули вверх ткань юбки. Меня прошибло мурашками от пяток до макушки. Я так соскучилась по нему, по его рукам, по запаху, по ощущению принадлежности. Не скучала я, наверное, только по ощущению прогулки по канату над пропастью, которое всегда сопровождало мои отношения с Сорином. В какой-то момент все в порядке и дорога впереди кажется прямой, а потом — один взгляд, брошенный по сторонам, осознавание того, где вы находитесь и что вас сюда привело, в пух и прах разбивает эту иллюзию.
В этот раз мы не удосужились даже целиком раздеться. Я так и осталась в задранном до пояса и спущенном с плеч платье, одежда Сорина тоже осталась при нем — было немного жаль, потому что — чертовы кубики, которые свели меня с ума много месяцев назад. По ним я скучала.
После близости я обняла Сорина и изо всех сил притворилась спящей. Забыла и про шум в коридоре (слава Огненному, он больше не повторялся), и про все на свете. Потому что я понятия не имела, что теперь делать. Сорин лежал рядом, обнимая меня одной рукой, но, как только он придет в себя — с ним же придется разговаривать! А что я ему скажу? А что он скажет мне?
И к чему все это приведет?
Мы же не можем прийти к королю и сказать: “Уважаемый Ариан, мы помирились. Вы нас простите, но давайте прокрутим фарш назад и отменим помолвку. Мы с Сорином уедем обратно в Бьертан, а вы тут сам как-нибудь разберитесь с тем, кого сделать наследником”.
От мыслей о будущем хотелось забаррикадировать дверь комнаты изнутри и никогда не выходить. Сорин молчал, но я была уверена, что он тоже не спит. Хотелось думать, что в его голове бродят похожие мысли, но я понятия не имела, о чем он думает.
Собрав всю волю в кулак, я села. Подтянула повыше нижнюю сорочку и платье — длинный ряд пуговок так и остался расстегнутым, так что оно спадало с плеча, — поправила юбку и наконец посмотрела на Сорина.
Он встретил мой взгляд, кажется, без единой эмоции, даже не подумал поправить расхристанную одежду. Невольно вспомнилась его обычная довольная улыбка после секса, расслабленное тело. Сейчас он был собранным, сосредоточенным и спокойным.
— С тобой все в порядке? — вырвалось у меня. — После того… случая в зале суда. Что он с тобой сделал?
Лицо Сорина на секунду перекосило от злости, а затем он встал и принялся поправлять одежду, не глядя на меня. Застегнул брюки, поправил рубашку, принялся за ремешки на куртке.
— Трусливый кусок кошачьей шерсти, — бросил он.
— Ты о короле?
— О ком же еще? Кто кроме него нападает исподтишка?
Я нахмурилась. Не то чтобы я была согласна в этом с Сорином. В смысле… Когда перечишь королю при всех, нужно рассчитывать, что это приведет к определенным последствиям. Какое уж тут “исподтишка”?
— Дымное облако, — снова произнес Сорин так отрывисто, как будто каждую фразу ему приходилось вырубать топором. — Трусливое оружие. Если бы этот ублюдок был достойным сыном Огненного, он объявил бы о дуэли со мной. Но он решил исподтишка задушить меня дымным облаком. Я недооценил его.
— Дымное облако — это ведовство? Запрещенное? Король пользуется им?
Сорин поднял на меня взгляд. Между бровей пролегла морщина.
— Как ты умудрилась прожить так долго и ничего не узнать о драконах? Вириан уверял меня, что люди бережно хранят любые знания. Ладно. — Он дернул головой. — Драконам подвластно не только пламя, но и дым, ведь одного не бывает без другого. Дымное облако — самый гнусный прием, которым брезгует любой, у кого есть хоть капля чести. Это маленький клубок дыма, который помещается прямо в горло противника. Быстро и не требует ни грамма энергии. Трус и падаль.
