Хотя кому я вру, я просто ужасно хочу его увидеть.
Хорошо, что сейчас не нужно ломать голову о том, как его найти.
— Поедите? — сменила тему повитуха, не дождавшись моего ответа.
Мой взгляд упал на стоящий перед камином столик, и из головы исчезли все лишние мысли, кроме одной: “Еда!” Радостная волна искорок, пробежавшая по моему телу, напомнила, что голодна здесь не только я.
— Чудо, госпожа, просто чудо! — обрадованно всплеснула руками повитуха. — Такой сильный малыш! Хотите есть, госпожа? Хотя бы немного?
Этот малыш еще пару дней назад просто перенес бы меня поближе к еде. Нет, что-то тут нечисто, мне нужна помощь. Но сначала — еда.
Кружка из тонкого фарфора на столике исходила дымом и пахла горячим шоколадом. Рядом стоял чайник, донышко которого светилось всполохами пламени, на тарелке манил круглыми боками сладкий нут — внешне он был похож на фундук, а по вкусу напоминал какао.
— Я бы не хотела немного, — серьезно сказала я. — Я бы хотела съесть все, что вижу вон на том подносе.
Повитуха облегченно засмеялась и принялась болтать о том, что мне нужно хорошо питаться, чтобы дать прийти в мир новому дракону. Слушая ее вполуха, я пригубила горячий шоколад и прищурилась от удовольствия. Божественно. Терпкий насыщенный вкус, тяжелый и густой. Вкуснотища!
Мне бы еще не вспоминать то, что в Бьертане горячий шоколад готовили немного по-другому, так что он получался более пряным. А еще о том, что Сорин, который, разумеется, не любит сладости, каждый раз лез целоваться, чтобы попробовать шоколад прямо с моих губ.
— Как вы узнали, что я люблю сладкое? — благодарно улыбнулась я, передавая повитухе поднос. Уместно будет попросить добавки?
— А это не я, это его светлость герцог де Драго посоветовал. Чтобы королевский наследник рос крепким.
Я поперхнулась.
Королевский, значит. Посоветовал, значит.
Нам нужно поговорить.
Может, он хотя бы согласится меня выслушать?..
Но как я ему все объясню?
Придется рассказать правду о том, кто я.
Другого выхода нет.
— А где мне найти герцога де Драго? — мирно спросила я, наконец почувствовав в себе достаточно сил, чтобы встать с постели.
Повитуха, которая как раз поправляла расшитую цветами подушку, лежащую рядом со мной, наморщила лоб.
— Он занят, госпожа. Вам стоит подождать до завтра.
— А чем он занят?
— Государственными делами, госпожа, — откликнулась она, не отрываясь от своего занятия.
Помилуй Огненный, эта девушка могла до белого каления довести кого угодно!
— Я подожду, пока он освободится, — решила я. — Где он своими делами занимается? Проводишь меня?
— Вам туда нельзя, госпожа! — перепугалась повитуха и на всякий случай встала так, чтобы загородить дверь.
Что опять не так? Ведет себя как секретарша при гулящем боссе, который дерет любовницу на столе как раз в тот момент, когда с визитом решила нагрянуть дражайшая супруга.
Стоп.
Сорин же не?..
Да ну быть не может.
Да и с чего повитухе за это переживать?
— Что происходит? — подняла брови я. — Почему мне нельзя пойти к Сорину? К герцогу де Драго, я имела в виду.
К щекам прилила краска. Надеюсь, повитуха не заметила моей ошибки? Произнести вслух имя Сорина было приятно. Я долго не могла к нему привыкнуть, а потому даже сейчас оно казалось каким-то…сокровенным.
Погрузившись в свои размышления, я не сразу заметила испуганное выражение лица моей собеседницы.
— Вам нельзя такого видеть! — прошептала она.
— Чего мне нельзя видеть?
— Казнь!
— Что?! Ты что такое говоришь, какая казнь?
Что за… Сорин и казнь? Что она несет?
— Сегодня король должен рассмотреть дело графини де Авен. Герцог де Драго, как новый начальник королевской стражи, там тоже присутствует.
Несколько секунд мне понадобилось, чтобы переварить полученную информацию.
Так, что мы имеем? Благодаря работе с Вирианом я уже имела представление о том, как устроена местная правовая система. В чем-то она напоминала абсолютную монархию, потому что вся полнота власти сосредотачивалась в руках короля (в том числе и право выносить любые судебные решения), но при этом герцоги, графы, вольные города и территории обладали приличным объемом автономии — для всех это объем автономии был различен в силу определенных исторических причин. В этих хитросплетениях я отчаялась разобраться, помнила только, что Сорину там был никто не указ.
То есть, то, что король рассматривает судебное дело, которое касается какой-то графини де Авен, — это логично, ладно. Но казнь?
— С чего ты решила, что ее казнят? — медленно спросила я. Как же меня злило, когда я чего-то не понимала! — Как минимум, король прямо сейчас рассматривает дело. Еще ведь ничего не решено.
— А как же иначе, госпожа? — хлопнула глазами повитуха. — Ее поймали на ведовстве!
— Так. — Я окончательно перестала что-либо понимать и села, спустив ноги с кровати на пушистый ковер. — А ты разве не владеешь ведовством?
С лица повитухи схлынули все краски.
— Не говорите так! Я ничего не знаю, я…
— Да ты огонь только что щелчком пальцев развела! — махнула я рукой на камин, и повитуха недоуменно нахмурилась.
— Вы, наверное, переутомились, госпожа.
