Я очень надеюсь, что ты закончишь эту войну (чем скорее, тем лучше), и тогда мне не придется снова иметь дел с вашим народом.
Петунья Дурсль.
Он еще раз пробежал глазами записку, пытаясь читать между строк, и в то же время боялся, что узнает слишком много. Послание действительно было довольно прямолинейным. Юноша вздохнул, понимая, что было бы бессмысленно пытаться поговорить с ней. Сейчас она относилась к нему ничуть не лучше, чем всегда. Почему-то вина за магическое наследие Лили целиком легла на его плечи.
Однако он понял, что тетя Петунья до сих пор любит его маму. Может, малая толика этой любви перешла и на него. Совсем чуть-чуть, и тетя старалась не проявлять эмоций из-за дяди Вернона, но все-таки… может, она любила его хоть сколько-нибудь. Достаточно для того, чтобы сделать несколько его фотографий и спрятать их, чтобы никто не узнал о ее слабости.
Это было немного, но все равно Гарри был до смешного благодарен ей.
Еще раз прочитав последнюю строку записки, Гарри решил, что в ее словах таился страх. Тот же самый, какой он замечал этим летом. Тетя Петунья всегда боялась и ненавидела то, что нарушало течение ее жизни. Может быть, ей было неприятно помогать Гарри, но в качестве альтернативы выступала угроза всему образу ее жизни, поэтому она выбрала меньшее зло.
Он услышал, что дверь открывается, и поднял взгляд. На пороге стоял Драко, и Гарри с улыбкой поприветствовал его:
- Доброе утро.
Тот засмеялся:
- Гарри, сейчас три часа пополудни. Полагаю, тот факт, что уже давно не утро, объясняет, почему ты не в дурном настроении. Как ты себя чувствуешь?
Гарри покрутил рукой в запястье.
- Вроде не болит. И я чувствую себя хорошо, потому что мне удалось нормально выспаться.
Драко нахмурился, увидев лежавший у него на коленях фотоальбом, и присел на край кровати.
- Может, я поторопился сказать, что ты не в дурном настроении?
- Я в порядке. Но был немного удивлен, хотя и не шокирован, когда нашел вот это, - Гарри пожал плечами.
Он показал бойфренду тетину записку, пояснив, о чем при этом подумал.
- Наверное, ты прав, - согласился Драко. - Она не очень любит тебя, но жутко испугана и надеется, что ты сумеешь вернуть все на круги своя.
- Точно так же, как и все остальные, - пробормотал Гарри.
Драко криво ухмыльнулся:
- Может быть, но, в отличие от нее, почти все лебезят перед тобой, в надежде заставить решить нашу общую проблему.
Поттер закатил глаза и, пока Драко разглядывал фотографии, позвал Винки, чтобы она принесла им чай. Когда она поставила поднос на низкий столик перед диваном, Гарри уселся на пол и вытянул ноги. Он оперся спиной на диван и начал жевать сэндвич, пока Драко наливал ему чай.
- Итак, я все еще нахожусь на положении узника и мне нельзя выходить из комнаты? - прожевав, поинтересовался Гарри.
- Не совсем, - с усмешкой ответил Малфой. - Просто все хотели быть уверенными, что ты хорошо отдохнул. А теперь, когда ты проснулся, думаю, никто не хочет, чтобы ты исчез в неизвестном направлении.
- А куда я могу исчезнуть? - спросил гриффиндорец.
Драко насмешливо фыркнул:
- Гарри, ты постоянно исчезаешь.
- Но я же стараюсь всегда предупреждать, что ухожу, - начал оправдываться Поттер.
- Ты просто, как правило, отказываешься говорить, куда ты уходишь, - заметил Драко. Он поднял руку, чтобы заставить Гарри молчать. - Знаю, что ты в большинстве случаев не можешь этого сказать.
Поттер пожал плечами и взял еще один сэндвич.
- Хорошо, что сейчас мы все здесь. И что с нами Северус и Ремус - им прекрасно известно, что я делаю.
Драко искоса посмотрел на него.
- Кажется, никто не знает всего, что ты делаешь. Грейнджер и Уизли известен один аспект, но они не знают о том, что происходит здесь. А мы не знаем того, чем ты занимаешься с ними, даже после того, как ты все рассказал нам прошлой ночью.
- Да, но тут я ничего не могу поделать, - спокойно ответил Гарри. - Самое главное, что о моих делах не знает Волдеморт.
- Я хочу знать, что у тебя за дела с Грейнджер и Уизли, - сказал Драко.
- Я не могу тебе рассказать. Мы уже разобрались с этим.
Судя по виду Малфоя, тот был готов к долгой дискуссии, но Гарри умоляюще посмотрел на него:
