- Оу! За что? - завопил Поттер, потирая ушибленное место.
- Если мне придется слушать, как ты называешь ее тыковкой, то я должен знать - почему, - пояснил блондин.
- Ладно, и незачем было меня бить, - сказал Поттер, сердито глядя на бойфренда.
Он отвернулся, потому что не мог встретиться взглядом с Драко.
- Я всегда хотел, чтобы хоть кто-то называл меня каким-нибудь ласковым именем. Тетя Петунья всегда нянчилась с Дадли и давала ему всякие милые прозвища. - Гарри помолчал, скривившись. - Ну, предполагалось, что это милые прозвища. А меня называли только «урод» и «мальчишка», - продолжил он ровным тоном. Поттер не сказал этого вслух, но чувствовал - Драко поймет, что он хочет, чтобы Виктория чувствовала себя особенной и любимой. То, чего он не ощущал сам, когда был маленьким.
Последовало долгое молчание, и Гарри попытался снова вернуться к методу «игнорирования Драко». Но он опять не сработал, только результат был другой. Малфой поцеловал его в затылок и обнял.
- Думаю, я привыкну к тыковке, - сказал он. - Она очень сладкая и кругленькая, вылитая тыковка.
- Драко! - предостерег его Гарри, смеясь. - Я назвал ее так не потому, что она кругленькая.
- Но посмотри на ее лицо, - настаивал блондин, заглядывая через плечо Гарри. Сразу стало понятно, что он пытается сдержать смех. - Кажется, что у нее нет скул.
Гарри повернулся и чмокнул бойфренда в щеку.
- Ты пустомеля, - объявил он.
- А ты только что узнал? - невинно осведомился Малфой.
Поттер закатил глаза, но улыбнулся и посмотрел на Викторию.
- Итак, во что ты играла с папочкой? - спросил он ее.
Пока юноши спорили об именах и прозвищах, Виктория устроилась на коленях у Гарри и задумчиво жевала маленькую игрушечную сову, которую притащила с собой. Девочка подняла на Поттера взгляд и улыбнулась, не выпуская изо рта клюв несчастной птицы.
Драко рассмеялся:
- Мы играли в мяч, но когда пришел ты, она, естественно, отвлеклась.
Он сел напротив Гарри.
- Ну и о чем ты говорил с Люпином? - наконец спросил он, проводя большим пальцем по щеке бойфренда.
Поттер понял, что выглядит подавленным, да и Драко явно догадался, что он недавно плакал.
- Гм, о многом, - уклончиво ответил он.
- А, спасибо, теперь мне понятно, почему ты так расстроен, - саркастически произнес Малфой, закатывая глаза.
- Нет, - уныло сказал Гарри, понимая, что Драко волнуется. - Ничуть я не расстроен. Ну, может, был сначала, но Ремус помог мне понять, что я не такой уж плохой друг и член семьи, как мне казалось.
Блондин нахмурился:
- Почему ты вообще так подумал?
Гарри ответил не сразу, он наклонил голову и осторожно убрал мягкие черные локоны с пухлых щечек Виктории и пощекотал ее за ушком. Он размышлял, стоит ли пересказывать их с Ремусом разговор, или нет. Ему казалось довольно рискованным признаваться в том, с чем Драко, по его мнению, мог не хотеть иметь дела.
- Гарри?
Не поднимая головы, Поттер украдкой глянул на Малфоя сквозь ресницы.
- Не делай так, - тихо простонал тот. - Я пытаюсь серьезно поговорить с тобой.
Гриффиндорец поднял голову и спросил, сконфуженно заморгав:
- Не делать что?
- Ты даже не осознаешь, когда начинаешь вести себя как маленький чертов манипулятор, да? - сухо поинтересовался Малфой.
- О чем ты говоришь? - переспросил Гарри, совершенно сбитый с толку.
Блондин снял с Поттера очки.
- Без них дело пойдет гораздо лучше, - пояснил он, а потом наклонился и поцеловал Гарри.
- Мммм, - промычал гриффиндорец, когда бойфренд отодвинулся. - Ты должен рассказать, как именно я манипулирую тобой, чтобы я сделал это еще раз.
Драко усмехнулся, изумленно покачав головой.
- Ты слишком хорош в этом, так что обойдешься без моей помощи. Плохо, что у тебя на коленях сидит Виктория, а то ты, возможно, получил бы больше.
Гарри с улыбкой посмотрел на малышку. Его не слишком заботило, что ему перепал только один сладкий поцелуй.
- Все нормально, - мягко сказал он. - Я рад, что у меня есть время побыть с ней. Даже если я просто держу ее на коленях, пока она жует свою несчастную сову.
Когда он снова поднял взгляд на бойфренда, то увидел, что тот с любопытством смотрит на него, наклонив голову.
- Твой разговор с Люпином имел какое-то отношение к Виктории?
- Отчасти, - признался Гарри. Он нервно закусил губу, а потом пересказал свой разговор с оборотнем, опустив ту часть, которая касалась Северуса. Малфой внимательно слушал.
- Люпин очень много значит для тебя? - спросил Драко, когда Поттер закончил рассказ.
- Да, - тихо ответил юноша.
- Виктория тоже очень много значит для тебя? - задал блондин следующий вопрос, его тон был зловеще нейтральным.
- Да, - прошептал Гарри, напряженно дожидаясь реакции Малфоя. Он не хотел, чтобы бойфренд обиделся на него из-за того, что он осмелился рассчитывать на значимую роль в ее жизни. У него упало сердце, когда Драко взял девочку с его колен. Юноша закрыл глаза, проклиная себя за то, что признался в своих желаниях.
Внезапно слизеринец опрокинул его на спину. Руки Поттера оказались прижаты к полу, блондин уселся на него верхом, удерживая на месте. Гарри не сопротивлялся, но его испугало это нападение.
