Архитектор-поэт Бакминстер Фуллер подытоживает это в одном изящном, незабываемом парадоксальном высказывании:
Таким образом, если человек был слеп от рождения, а его зрение было восстановлено в результате операции, он увидит совсем не то, что видим мы. Он увидит вихрящийся хаос, который, возможно, устрашит его; только постепенно, в течении месяцев, он научится с помощью врачей и медсестёр, ухаживающих за ним, видеть то же, что и мы. Мы не будем потчевать читателя неврологическими теориями, пытающимися объяснить, почему ЛСД ввергает экспериментирующего с ним в такой же вихрящийся хаос.
Само собой разумеется, мы также слышим мозгом плюс ушами, ощущаем вкус мозгом плюс языком, и, в общем, осознаем всё, только делая внутри наших голов записи на том, что Уильям Берроуз называет «the soft machinery», мягкой машинерией тканей нашего мозга.
Так, под гипнозом человек, которому дали соль и сказали, что это сахар, будет ощущать сладкий вкус, что служит примером феномена «мозг плюс язык». Точно так же загипнотизированный человек, которому показывают зелёный круг и говорят, что он красный, будет видеть его как красный. Это потому что за нас смотрят «мозг плюс глаза».[27]
Итак, очевидно, всё, что воздействует на мозг, будет воздействовать на наше восприятие вселенной в целом. Лобно-долевая эпилепсия — болезнь мозга, от которой страдали такие знаменитые личности, как Юлий Цезарь и русский писатель Фёдор Достоевский — ясно показывает эту связь. Попытки Достоевского описать это состояние выглядят в точности как записи современного любителя кислоты, когда он говорит, несмотря на боль, сопровождающую припадки: «Я чувствую полную гармонию в себе и во всем мире, и это чувство так сильно и сладко, что за несколько секунд такого блаженства можно отдать десять лет жизни, пожалуй, всю жизнь». Это состояние невербальное, как и в случае с кислотными и другими трипами, о которых у нас пойдёт речь, потому что наша речь была изобретена для того, чтобы описывать другие, более статистически обыденные ситуации. Достоевский (и другие люди с лобно-долевой эпилепсией) даже описывает яркий «белый свет», который также видели принимавшие ЛСД и восточные йоги. (Рок-группа The Clear Light, несомненно, была названа в честь такого опыта, который, как полагает философ Алан Уоттс — сам экспериментировавший с ЛСД, пока вещество ещё не было под запретом — может быть восприятием мозгом самого себя, когда включены все электрические цепи одновременно. Что возможно).
Но (и читатель, должно быть, догадывается, что мы ведём к этому), более распостранённый способ преобразить мозг — это наркотики, которые можно принять по собственной воле, в отличие от эпилепсии, которая передаётся по наследству. Также истинно то (несмотря на всю истерику в Вашингтоне), что некоторые наркотики, принимаемые в небольших дозах, гораздо менее неприятны, чем эпилепсия. (Они также гораздо менее неприятны, чем рак. Если настолько умеренные заявления звучат как пропаганда наркотиков, мне искренне жаль; как сказал доктор Хамфри Осмонд, примерно с 1965 года стало трудно сказать что-нибудь соответствующее истине о наркотиках, чтобы тебя не записали в жуткую «наркотическую секту»).
Открытие расширяющих сознание, поражающих воображение, вызывающих галлюцинации и выводящих за пределы сознания свойств этих веществ, по-видимому, восходит к эпохе неолита («нового каменного века»), если не к более ранней эпохе. Наши неолитические предки на Ближнем Востоке хоронили мёртвых головой на восток (что предполагает некую форму поклонения солнцу) и клали в могилы марихуану (что предполагает некое психоделическое или религиозное использование этого растения). Статуэтки в Мексике, датируемые тысячей лет до нашей эры и более ранним периодом, изображают «волшебный гриб»
Не стоит думать, что у наших предков были какие-либо теоретические научные познания о том, каким образом эти зелья и травы воздействовали на их мозг. Скорее их познания должны были быть строго эмпирическими — как у американских подростков сегодня: «Эй, чел, ты просто пожуй этих ягод и посмотри, что будет!» (Да, существует галлюциногенная ягода — это незрелые ягоды шелковицы — и она известна по всему Среднему Востоку, и, согласно Уильяму Берроузу, очень напоминает действием южноамериканскую галлюциногенную лиану
Само собой разумеется, если вещества могут изменять способ, которым мозг видит, слышит, обоняет и составляет значащие формы из хаоса ощущений, они могут также в корне изменить природу сексуальных переживаний.
