– девочка Роза – 15-ти лет, учащаяся первого курса колледжа, доставлена на консультацию родителями. Родилась здоровой девочкой; росла и развивалась нормально. В школу пошла с 7 лет; училась хорошо. Менструации с 14 лет, регулярные. По характеру живая, эмоциональная, увлекающаяся, но ленива и склонна к лживости; в 14 лет рассказала подругам, что собирается рожать. Перепуганные родители привели девочку к гинекологу, который и отверг беременность. Призналась, что хотела выглядеть «взрослой» среди сверстниц. В другом случае сообщила, что собирается делать аборт; называла имя мальчика от которого «залетела», но и это оказалось неправдой. Однажды в абсолютно голом виде постучалась в соседнюю квартиру, заявив, что её выгнал отец, что он её жестоко избивает – на самом же деле была очередная ссора с домашними. В колледже стремится быть лидером, сверхкритически и с цинизмом относится к окружающим. На замечания преподавателей не реагирует, пропускает занятия, уходит из дома и не ночует, иногда по несколько суток. Всегда стремиться привлечь внимание мальчиков. Однажды вместе со сверстницами устроили «групповой секс» – раздели и совершали развратные действия с девочкой – олигофренкой.
Гиперсексуальность таких подростков, как правило, сопровождается промискуитетом – серией половых контактов с несколькими партнёрами (партнёршами) в течение короткого отрезка времени. Будучи нередко составной частью группового поведения асоциальных подростков, промискуитет регулируется «моральными нормами» референтной группы, находящейся в противоречии с общественными нравственными устоями. Основной мотив такого поведения – рано сформировавшаяся потребность в удовлетворении полового влечения при незрелых морально – этических установках. Промискуитет при алкоголизации или наркотизации может сочетаться с групповыми сексуальными действиями («групповой секс» или «плюрализм»).
Отношение родителей к половой жизни детей тем отрицательнее, чем раньше она начинается. С другой стороны, она начинается тем раньше, чем меньше сдерживающие установки, полученные в семье, хотя влияние семьи и общества может оказаться слабее, чем влияния, определяемые сексуальной акселерацией подростков. К началу половой жизни сыновей в целом относятся более либерально, чем дочерей, а иногда и поощряют его.
Наиболее неприятным следствием ранней половой жизни являются НЕЗАПЛАНИРОВАННЫЕ БЕРЕМЕННОСТИ ДЕВОЧЕК – ПОДРОСТКОВ. По данным Всемирной организации здравоохранения, в России ежегодно регистрируются 1.500 родов у пятнадцатилетних матерей, 9.000 – у шестнадцатилетних и 30.000 родов – у семнадцатилетних. Здесь в Казахстане ежегодно регистрируется около 22.000 случаев подростковой беременности. Риск неожиданной беременности наиболее высок в самом начале половой жизни, в частности – при первой близости. Использование контрацептивов расширяется с возрастом и опытом. Как ни странно, девушки прибегают к контрацепции реже юношей. Это, безусловно, самый серьёзный пробел в половом воспитании девочек – подростков.
Семьёй, особенно – матерью, беременность дочери переживается как кризис. Горе и гнев, жалость к дочери и отвергание её, обвинения в её адрес и глубокое чувство собственной вины, беспокойство о будущем дочери и изменение собственных жизненных перспектив – вот самые общие переживания этого кризиса, усугубляемые стыдом перед окружающими. Кроме того, это и кризис родительских ролей – семья чаще всего не готова к столь резкому и демонстративному повзрослению дочери, которое к тому же становится для многих родителей знаком собственного старения. Возникают трудности бытового и финансового порядка. Реакция школы определяется понятными опасениями «дурного примера» для остальных учащихся, в результате продолжение обучения оказывается возможным лишь в сменной школе рабочей молодёжи или откладывается на неопределённый срок.
По данным многих исследователей, с юным возрастом матери связаны ранняя наркотизация, алкоголизация и делинквентность у детей, увеличение риска врождённых заболеваний наследственного и органического характера.
Решение сохранить беременность часто определяется либо надеждой на брак, либо стимулирует эту надежду. Но статистика даёт неутешительные результаты: только 5% юных мам вступили в брак с отцом ребёнка. Юные матери часто остаются в родительской семье или возвращаются в неё, оказываясь порой в роли старших сестёр своего ребёнка. В других случаях, гражданская зрелость юных матерей достойна самых высоких похвал, даже лишённые родственной поддержки и помощи, они воспитывают ребёнка самостоятельно: одни из них совершают истинный подвиг самоотречения, у других дети растут «сами по себе», третьи вполне успешно сочетают воспитание ребёнка и реализацию своих жизненных планов.
