После того дня я перестала себя уважать. Какому честному и хорошему парню я теперь нужна? Придётся врать, ведь такой правды не расскажешь даже самому близкому человеку. Короче, я махнула на себя рукой. И когда Ирина снова позвала меня к себе, я согласилась. Сама себе назло. А хороших парней я обхожу теперь стороной. Вдруг кто-то их них со мной заговорит? Что я смогу ему ответить?
В основе таких изнасилований, как правило, лежит вовсе не сексуальная подоплёка, а желание унизить, отомстить за что-то. Всё чаще обычные межличностные конфликты между девчонками превращаются в разборки с применением сексуальных форм поведения. При этом юноши спокойно стоят в стороне, молча предоставляя подругам право самим решать свои проблемы, что ещё больше усиливает агрессивность юных насильниц.
Возможно, в данном наблюдении, распущенной девочкой двигала не агрессивность, а перевёрнутый с ног на голову «гуманизм». В девственности подруги она видела основное препятствие, которое мешало влиться в их «дружный, весёлый коллектив».
Не в лучшем свете выглядит и сама пострадавшая, которая психологически оказалась не готова к сопротивлению. Такое пассивное поведение жертвы в группе часто провоцирует насилие. А дальнейшая её покорность судьбе свидетельствует о полной утрате воли. Такой конформизм говорит о пробелах в семейном воспитании, незрелости, неподготовленности к жизненным трудностям.
С точки зрения психотерапии, наблюдается лёгкая форма невротической депрессии с утратой уважения к себе и доверия к людям. Такое состояние требует психотерапевтической коррекции.
Многими исследователями в разных странах отмечается, что девочки всё больше «догоняют» мальчиков в маргинальном поведении: тенденция к демократизации половых ролей отражается в этом выравнивании, как в кривом зеркале. В иных случаях это выражается в девичьем сексуальном экстремизме, основанном на банальном шантаже. Вот рассказ одного из мужчин, который подвергся такому шантажу:
– я работаю тренером по художественной гимнастике, тренирую группу. Отношения у нас вполне нормальные. Бывает, девчонки кокетничают, глазки строят, я им подыгрывал, но дистанцию держал всегда. Вот как-то идут обычные занятия, но замечаю какой-то блеск в глазах у девчонок, какие-то они уж очень дружные, старательные в этот раз. Подумал и забыл. Занятия закончились, все пошли по раздевалкам. У нас их три: мужская, женская и тренерская.
Я разделся, зашёл в душ, выхожу и вижу своих учениц. На мне, кроме полотенца, ничего нет. Одна из них говорит: «Бросайте полотенце». А другая продолжает: «Будете делать, что мы скажем, а то она (указала на самую младшую, ей всего 12 лет) выскочит голышом в коридор и закричит, что вы к ней пристаёте». В подтверждение сказанному, 12 – летняя распахивает халатик, а под ним ничего нет, и делает шаг к двери.
Я испугался; в холле – обслуживающий персонал, родители детей из младших групп, попробуй потом докажи что-нибудь … Ладно, поиграем в урок анатомии. Но урок получился совсем другой.
Сначала они меня мыли. Знаете, когда десяток девичьих рук гладят вас, скользят, щекочут безо всякого стеснения, от напряжения можно лишиться чувств. Как я ни сдерживался, но предательский орган никакому разуму был неподвластен.
Потом, разложив на сдвинутых банкетках, начали делать мне массаж. Сначала я ещё мысленно сопротивлялся – это же статья за совращение малолетних, никому не докажешь, что совращали-то меня, почти сорокалетнего мужика! Но потом разум отключился, и я отдался на растерзание своим бесстыдным ученицам. Совратила меня самая старшая, она, по крайней мере, была совершеннолетняя. Деловито достала презерватив, надела его на измученный эрекцией член и уселась сверху. Остальные, затаив дыхание, встали вокруг. Сдерживаться я уже не мог. Оргазм был таким сильным и сладостным, что я не вспомню ничего подобного за всю свою довольно богатую сексуальную жизнь. Спасибо, что не предложили кого-нибудь лишить невинности …
От стыда я предпочёл из раздевалки вылезть через окно, а они преспокойно вышли и отправились по домам. Я молил бога, чтобы никто из них дома ни о чём не проговорился. Сижу и думаю – уволюсь. Но на следующем занятии я получил три признания в любви и, главное, общественное покаяние. И … понял, что никуда от них не уйду. Всё было спокойно: судя по всему, они держали язык за зубами.
Наши занятия продолжаются. Мои девчонки неплохо выступают на соревнованиях. Мы все делаем вид, что ничего такого не было. Но такого возбуждения, страсти, огня, нежности у меня, наверное, больше не будет. Разве такое забудешь?!
Здесь комментарии специалиста излишни …
