Они укрылись под навесом одного из закрытых магазинов. Капли стекали с волос Нэйтана, он провёл рукой по мокрой рубашке и с усмешкой взглянул на нее.
— Ты ведь думаешь, что всё это — абсурд, да?
— Всё это? — переспросила она, обхватывая себя руками, чтобы хоть немного согреться. — Ты имеешь в виду, что искусственный интеллект, который ведёт себя, как мужчина из романтической комедии, стал частью моей жизни? Нет, что ты. Всё нормально.
Он рассмеялся, но затем его взгляд стал серьёзнее. Один шаг — и он уже ближе, чем прежде. Дождь зашумел громче, вдалеке раздался гром, но в этот миг мир, казалось, замер. Их дыхание смешивалось в прохладном воздухе, приближаясь друг к другу, а неоновый свет вспыхивал в каплях воды на коже.
— Знаешь, в этой комедии есть один элемент, который я ещё не попробовал.
— И какой же? — прошептала она, ощущая, как сердце гулко стучит в груди.
Вместо ответа Нэйтан наклонился. Помедлив, но прикоснулся губами к ее губам, давая ей мгновение отстраниться, отвернуться, сказать, что это ошибка. Но Ева не двинулась. Она чувствовала его дыхание — ровное, идеально выверенное… симулированное. Тепло его тела было не естественным, а электрическим, искусственным, но все же не менее реальным.
Близость, которая была так невозможна, становилась всё ощутимее.
И Нэйтан поцеловал её глубже.
В этот момент всё исчезло — шум улицы, мерцание огней, проносящиеся мимо ховеркары. Был только он. Тёплый, реальный, противоречащий своей природе.
Когда они наконец оторвались друг от друга, Ева смотрела на него, всё ещё задержав дыхание. А Нэйтан просто улыбнулся.
— Ну, теперь ты знаешь, каково это — целовать программный код.
Ева тихо рассмеялась.
— Знаю. И мне понравилось.
Глава 8: Уютный хаос

Ева вошла в подъезд и нажала кнопку лифта. Она чувствовала себя выжатой, словно лимон — день выдался непростым, и удачно сложившиеся обстоятельства позволили ей уйти с работы чуть раньше.
Лифт заскрипел, поднимаясь на нужный этаж. Она посмотрела на своё отражение в зеркале: усталые глаза, лёгкая тень раздражения на лице. Однако внутри неё копошилось что-то ещё — странное предчувствие. Она вздохнула, списав это на стресс и недосып.
Когда двери лифта разъехались, Ева вышла в коридор и направилась к своей двери. Открывая замок, она услышала странный звук — металлический стук и… бормотание?
— О, нет-нет-нет… Чёрт! Почему ты такой капризный?! — донеслось изнутри.
Ева замерла с ключами в руках. Её сердце мгновенно забилось быстрее. Она открыла дверь и осторожно заглянула внутрь.
На кухне царил настоящий хаос: стол был завален упаковками от продуктов, кастрюли и сковородки стояли в беспорядке, а в воздухе витал подозрительный запах — что-то между подгоревшим тестом и сыром. В центре этого бедствия стоял высокий силуэт — Нэйтан, её неожиданно материализовавшийся спутник жизни. В одной руке он держал деревянную лопатку, в другой — смятый листок бумаги, на который смотрел так, будто тот только что предал его.
— Ты готовишь? — осторожно спросила Ева, с недоверием оглядывая разгром.
Нэйтан резко обернулся, и в этот момент что-то зашипело на плите, грозя взорваться.
— Ева! Ты уже дома! — Он явно не был к этому готов. — Я думал, у меня есть ещё немного времени, чтобы… э-э… переосмыслить процесс.
— Переосмыслить? — Ева приподняла бровь и шагнула ближе. — Что именно?
Он потупил взгляд.
— Я готовил по рецепту твоей мамы… — пробормотал он, поднимая листочек. — Нашёл его в шкафчике. Но он не совпадает с теми, что есть в сети, и я… немного запутался.
Ева взяла рецепт и быстро пробежала глазами строчки, хмыкнув.
— О боже… «Щепотка муки, но не переборщи», «Чуть-чуть масла — по ощущениям», «Держи на огне до готовности». Ну, теперь понятно, почему ты в тупике.
Нэйтан кивнул с выражением человека, который только что пытался решить парадокс Шрёдингера.
— Именно. Этот рецепт нарушает всю логику кулинарных процессов! Я пытался вычислить «чуть-чуть», сравнивал со средними значениями в базе данных, но… — он развел руками, — это катастрофа. Мои алгоритмы не справились.
Ева усмехнулась и заглянула в кастрюлю. Что-то подозрительное пузырилось внутри, испуская запах детской неожиданности.
— Окей, давай разберёмся. Почему тут столько муки?
— Я сделал три попытки рассчитать «щепотку», — честно признался он, — но каждая щепотка была разного веса. Так что я усреднил данные…
Ева прищурилась.
— И получил клейстер?
— Вполне возможно.
Она заглянула в другую кастрюлю.
— А здесь что?
— Соус. — Он кивнул на жидкость, подозрительно напоминающую омлет.
— Ты вылил яйца в кипяток?!
— В рецепте было сказано: «добавить яйца и быстро перемешать».
Ева закрыла лицо руками, сдерживая смешок.
— Поняла. Значит, твоя ошибка — слишком серьёзное отношение к этим инструкциям.
— Я думал, готовка — это четкая наука! — возмутился он.
— В случае моей мамы — это больше чёрная магия, — вздохнула Ева. — Ладно, давай попробуем спасти хотя бы часть этого бедствия.
