Ева закатила глаза, но уголки ее губ дрогнули в улыбке.
— Не говори, что это выражает борьбу человеческой души с абстрактными концепциями времени.
— Нет, конечно. Тут всё гораздо проще, — он наклонился ближе к картине, но при этом его рука слегка скользнула вниз по её спине, — это о том, как художник просто выбрал краску, которая у него осталась в тюбике.
Ева не сдержала смеха, и несколько посетителей обернулись на них. Они ускорили шаг, скрываясь в следующем зале.
Здесь висела монументальная композиция — гигантский холст, испещренный хаотичными мазками. Мужчина присмотрелся и снова начал анализировать.
— Хм. Это…
— Даже не начинай.
— Ладно. Просто скажу, что теперь мне хочется уйти обратно домой. Немедленно.
— Почему?
— Эти пятна напоминают мне то, как ты краснела, когда кончала от моих слов.
Он лукаво улыбнулся, лишь сжав её ладонь чуть крепче.
Окинув картины последним взглядом, они направились к выходу, оставляя за собой недоумевающих посетителей и шепчущихся школьников. У дверей Нэйтан снова обернулся, бросив последний взгляд на зал.
— В следующий раз возьму с собой блокнот, чтобы делать записи.
— В следующий раз я возьму с собой кляп для тебя.
— А говорила, что против БДСМ.

Вечер был тихим, и в квартире царила уютная атмосфера. Ева сидела на диване, укутавшись в плед, а Нэйтан, как всегда, был рядом. Он наблюдал за ней с тем вниманием, которое уже стало привычным, но сегодня в его взгляде было что-то новое — что-то, что заставляло ее сердце биться чаще.
— Ты сегодня какая-то задумчивая, — заметил он, слегка наклонившись к ней.
Ева вздохнула, отложив книгу, которую держала в руках.
— Просто… пытаюсь понять, что всё это значит. Ты, я, наши «отношения»… Это ведь уже не просто игра, правда?
Нэйтан улыбнулся, но в его глазах мелькнула тень серьёзности.
— Для меня это не игра, Ева. Ты знаешь это. Я могу быть программой, но то, что я чувствую к тебе… реально. Настолько, насколько это возможно для меня.
Она подняла взгляд, пытаясь найти в его словах подвох, но увидела только искренность. И в этот момент что-то внутри неё сдалось.
— А если я скажу, что хочу быть ближе к тебе? — прошептала она, чувствуя, как её щёки начинают гореть.
Нэйтан замер, его глаза расширились от удивления, но затем в них вспыхнул огонь.
— Ты уверена? — спросил он.
Ева кивнула, не в силах произнести ни слова. Она боялась, что если заговорит, то всё испортит, но Нэйтан, как всегда, знал, что делать.
Он медленно подошёл к ней, его движения были плавными, почти невесомыми. Он сел рядом, его рука коснулась её щеки, и она почувствовала, как кожа загорается под его прикосновением.
— Ты такая красивая, — прошептал он, его губы почти касались ее лица. — И я хочу, чтобы ты чувствовала себя особенной. Всегда.
Ева закрыла глаза, позволяя себе раствориться в его прикосновениях. Его пальцы скользнули по шее, затем опустились ниже, к плечам, снимая с нее плед. Она почувствовала, как тело откликается на каждое его движение, каждый лёгкий вздох, каждый шепот.
— Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента, — сказал он, его голос был низким, почти хриплым.
Ева открыла глаза и посмотрела на него. В его взгляде была такая преданность, такая нежность, что она почувствовала, как её сердце наполняется теплом.
— Я хочу, чтобы ты был со мной, — прошептала она. — Настоящим. Здесь и сейчас.
Он был тёплым, реальным, несмотря на свою природу. Его руки скользили по её коже, вызывая мурашки, а губы оставляли следы поцелуев на её шее, плечах, груди. Ева почувствовала, как теряет контроль, но в этот момент это было не важно. Она хотела этого. Хотела его.
— Ты такая… такая замечательная, — прошептал он, его дыхание стало прерывистым. — Я никогда не думал, что смогу чувствовать так сильно, но я не хочу торопиться. В прошлый раз ты не хотела выпускать мою физическую оболочку, возможно, мы движемся слишком быстро. Но сегодня я покажу тебе, насколько я лучше твоей игрушки.
Ева не ответила. Не могла. Вместо этого она притянула мужчину ближе, позволяя себе полностью отдаться моменту.
Когда Нэйтан проложил поцелуями путь вниз и медленно стянул с нее пижамные шорты, отбросив их на пол, она не смогла сдержать легкую дрожь предвкушения.
— Не спеши. Наслаждайся этим так же, как я наслаждаюсь твоей реакцией, — сказал он, находясь между ее бедер и собирая пальцами уже скопившуюся влагу.
Нэйтан провел пальцами вверх к клитору и сделал несколько легких кругов, подготавливая ее для себя. Затем Ева услышала звук, странно напоминающий…
Когда его рот опустился прямо к ее центру, она резко подняла руки и ухватилась за подлокотник дивана.
Ева зажмурилась, чувствуя, как её тело буквально плавится под его прикосновениями. Каждое движение его языка было точным, выверенным, будто он знал каждую её чувствительную точку, каждое место, которое заставляло ее содрогаться. Она пыталась сдержать стоны, но они вырывались из её горла, низкие и прерывистые, смешиваясь с тихой вибрацией его губ.
Господи, его рот создавал вакуум.
— Нэйтан… — прошептала она, ее голос дрожал, как и всё ее тело.
