— Ну что парни, — бодро сказал я культистам, притопавшим обратно, — любить так до гроба, служить так и под землей. Да, да вы верно поняли, аккуратно спускаетесь в тайный схрон, постоянно отмечая уровень своего бытия голосовыми посланиями.
Силой разочарования, проявившегося на их мордах, можно было окислить всю здоровую китайскую статую «Весеннего Будды». Или заново собрать группу «Коррозия металла». И меня это задело: пару часов поработали, никто еще не умер, а посачковать их уже тянет со страшной силой.
— Это что за унылые рожи, — зловеще сказал я, — что за нативная реклама тайного клуба самоубийц? Алле, вы общества не перепутали случаем: вы брутальные культисты или эмобои на передержке? Так и вижу вас на корточках у трупа своего кореша с вейпом и диалогами в стиле «то ли чаю хлебнуть сейчас, то ли пойти повеситься». Живо спустились, каждые три секунды подавая звуковой сигнал первый-второй.
Ничего не поняв, они испугались больше моего тона и покорно засуетились.
Мы зашли внутрь деревеньки и расположились вокруг монстрария. Выживший гаргулийский наездник, стонущий от боли в сломанном позвоночнике на носилках, вокруг пленные культисты, связанные и бесполезные. По периметру наш отряд.
Двое подопытных зашли в дом, каждые три секунды рапортуя о своем состоянии. Голоса их, бродящие по помещению были еще хорошо слышны, но после спуска в подземный уровень стали слышны только лисодевочке.
— Заходим! — решительно толкнул я массивную двустворчатую дверь.
Монстрарий, где Дрэвен собирал монстров, подчинял себе, запирая в специальный браслет частичку их души и управляя жезлом — был похож на конюшню. Стойла для монстров справа, проход в конце которого спуск в подземное убежище, слева помещение для хранения инструментов клеймения, а на стене фиксирующие монстра крепления.
Зашли мы всем КОМом, оставив отряд Хадзами на страже. Монстрарий был пуст, крепления на стене сверкали сталью, а к одному из стойл тянулась кровавая дорожка.
— Первый! — через три секунды. — Второй! — глухо доносилось снизу от ушедших «добровольцев», которым я выдал по самодельному факелу.
«В спешке убегал Дрэвен, даже крепления дорогие не взял» — подумалось мне. — «Теоретический сундук с монетами, закопанный, тоже отрыть бы не успел. Или это отступление-заманушки для решительного боя? Но сражаться с нами ему некем.»
— Первый.
— Что за хрень? — раздалось удивленное сообщение от второго.
— Ну че там, призрак Дрэвена увидели? — крикнул я безмолвным ступеням.
Спуск уходил вниз, закручиваясь по часовой стрелке. Двери вроде не было, звуки от добровольцев проходили, хоть и глухо.
— Вам лучше взглянуть самому. — донеслось до меня. — Здесь точно никого нет.
— А даже если и есть, они немедленно умрут. — пригрозил я на всякий случай.
— Джиро, давай.
Наш танк, выставив вперед щит, отважно двинулся по ступенькам. Вслед за ним выдвинулась Кая, потом все мы. Замыкающим я поставил Дахама. Он пока необученный-необстрелянный.
Вот таким боевым построением мы спустились на подземный уровень. Дверь на уровень, кстати была. Была искорёжена и вырвана из петель. Рассыпалась по полу щепками и обломками древесины. Я сразу закинул в темноту, открывшегося перед нами зала, шар света.
В хорошо оформленном зале с мягкой мебелью и диванами, с несколькими картинами на стенах, закрытыми бархатом, на дорогом палисандровом столе стоял монитор. Ну я так подумал поначалу, мозг рефлекторно отреагировал. Вторая мысль была, что это тот самый Кристалл Прозрения, про который нам культист, раскаявшийся, нашептал.
Вокруг стола стояли с туповатым видом добровольцы. Про кристалл они явно ничего не знали.
А он между тем шел рябью, подергивался дымкой и всячески намекал, что готов к зомбовещанию.
— Что стоим, кого ждем? — бодро среагировал я. — Первый, прикоснись к кристаллу.
Скорчив мученическую рожу, тот дрожащей рукой потянулся к артефакту, видимо ожидая, как последний схавает её по локоть. Это не так работает. Здесь индустрия нужна, массовость и идеология.
Поверхность кристалла, вставленного в черную подставку, так что издалека композиция казалась единым целым, начала проявлять изображение. Черный цвет сменился красным. Вертикальные полоски в прелестные рожки сладкой девочки в черном нижнем белье.
Я еще понять ниче не успел, а руки уже сами купол тьмы на кристалл кинули.
— Именем короля! — взревел я. — Закрыть всем глаза!
Кая и Аиша поглядели на меня возмущенно и с подозрением. Они и не подумали даже меня послушать. На экране передо мной, нагло выпятив свои булки, расположилась молоденькая, полуголая демоница. Она что-то говорила похотливо улыбаясь, но никто конечно её не слышал. Хорошо, что остальные глаза честно закрыли. Хотя… Да Риса же подглядывает!
— Код чёрный! — продолжил я, поклявшись про себя припомнить это Рисе. — Всё произошедшее строго засекречивается. Статус — государственная тайна. Всем повернуться на сто восемьдесят градусов, не открывая глаз.
Немного взволнованные моей интонацией, они сосредоточились выполнение приказа.
