Алена решила: либо барахлит прибор, либо случай нетипичный. Адам повторил замеры и выдал окончательное заключение: это не он. Мы задумались. Пришлось проверить родственников. Иногда свободные слэпы меняют формы. Ни один из родственников на эту роль не годился. От отчаяния, мы пошли по соседям. Одни относились к нам с пониманием, другие — с юмором. Третьи не открывали дверь, и нам приходилось сканировать их сквозь стены. По дому поползли слухи, что здесь работает группа специалистов по паранормальным явлениям. И вдруг однажды к нам в гостиницу самостоятельно пришел подросток. Такой же, как наш первый подозреваемый, только худой и бледный. Представился соседом, назвался Сережей, попросил проверить его и объяснил, что когда все началось, он плохо себя почувствовал: у него стала часто болеть голова, появилась слабость, ухудшилась память и мышцы иногда дергаются сами, особенно на контрольных по алгебре.
Мы замерили фон — ничего подобного! «Парень решил отдохнуть от школы», — решили мы и посмеялись, но потом обнаружили, что сбилась настройка прибора. Сережа жил в соседнем подъезде, на том же этаже, буквально за стенкой злосчастной квартиры. Балконы сообщались и он, таким образом, ходил в гости к соседскому мальчишке, потому что учился с ним в одном классе и вообще, дружил, но это уже не имело значения. Мы замерили фон прибором, который был у Алены — он также вышел из строя. Об отдыхе пришлось забыть. «Либо этот молодой человек обладает натуральным алгоническим слэпом, — заявил Адам. — Либо он работает на разведку цивилизации, объявившей сигам войну».
Мы немедленно взялись за дело, представились родителям Сережи, как сотрудники Института, и попросили отпустить сына с нами в Москву, поскольку в походных условиях помочь бессильны. Напуганная мать согласилась. То ли на нее подействовала Аленина визитка с учеными степенями — единственный подлинник в нашем собрании липовых удостоверений. То ли Адам применил к ней гипноз. А, может быть, поверила искренним намерениям, потому что ребенок и впрямь выглядел плохо.
Сергей прожил в офисе неделю, стараясь помочь семье друга избавиться от напасти, причиной которой он невольно стал. Нам не удалось погасить его аномальный фон даже стационарной аппаратурой, которая не то что слэпы… человеческую плоть способна растворить до микрочастиц. Полтергейст в одесской квартире продолжался на расстоянии, Адам перепробовал все и, в конце концов, сбил настройки офисного фазодинамика. Мать Сережи стала звонить нам, обвинять в мошенничестве и требовать сына обратно. Контору спасало то, что у несчастной не хватило денег на билет до Москвы. Наш Сережа совсем отощал и поник, когда Семен Семеныч вернулся на Землю лечить супругу Ольгу Васильевну от депрессии. И я, помня его нетрадиционные методы, рассказала историю молодого человека.
Семен Семеныч вник в суть проблемы и не нашел в ней ничего аномального. Для начала он отвез супругу в деревню и прописал ей огородную трудотерапию. Потом вернулся в офис при костюме с галстуком и критически осмотрел Сережу.
— Ну те-с, молодой человек, — сказал он. — Крещен ли ты по православному обряду, как положено?
Сказал и поглядел на изможденного юношу, как на Страшном суде.
— Кажется, нет, — неуверенно ответил Сережа.
— К завтрашнему утру накрахмалить рубаху, пришить пуговицу к воротничку и вычистить ботинки, — приказал Семен и вынул из дипломата детскую Библию. — А сегодня на-ка, прочти сию книжицу.
Утром следующего дня все вместе мы повели Сережу в собор.
— Черт возьми! — ругался шеф. — Неужели мы настолько бессильны?! Неужели все так безнадежно?
Не стоило переживать. Проблема решилась раньше, чем Адам успел починить ФД. Наш юный пациент преобразился. Мы не имели права задерживать парня в офисе, но так сильно привязались к нему, что стали перезваниваться после его отъезда и узнавать, что чувствует он себя прекрасно, читает христианскую литературу и начал новый учебный год с одних пятерок (наврал, конечно), а у соседей (хвала Господу) давно воцарился порядок. Мы даже не запомнили день, когда он впервые появился здесь, наш маленький «отец Сергий», Сережа Басиров. Тогда мы и предполагать не могли, как странно свяжутся наши судьбы.
— Давай предположим, — рассуждал шеф. — Что гиперузлы такой мощности, как мировые религии, возникли естественным образом, в ответ на расслоение индивидуальных слэпов.
— Во спасение мира от хаоса? — уточнила я.
— В обеспечение необходимости удержать человеческий слэп в единой системе. Ведь вашему Сергею оторванный диапазон заменил именно гиперузел. Он же связал бродячий выброс. Беда в том, что макроузлы провоцируют отрывы и расслоения там, где их не должно быть. На уровне матрицы уже очевиден деструктивный процесс…
— Вы считаете, дело в христианстве?
