Семь безликих святых полностью

Роз спускалась, перепрыгивая через две ступеньки. В лучах восходящего солнца позолоченные лестницы Палаццо сверкали тусклым золотом. Полы после вчерашнего явно вымыли: когда Роз добралась до главного входа, следов крови нигде не было видно. Тело Баттисты тоже убрали. Небо над ее головой переливалось различными оттенками оранжевого, голубого и серого. Но она, оставив рассвет за спиной, стала спускаться дальше, в темноту. Сейчас ей хотелось оказаться совсем в другом месте.

Холодный воздух склепа окутал Роз неуютным плащом.

Звук ее шагов по каменному полу отзывался гулким эхом, когда она обходила столы. С мертвых уже смыли всю кровь. Дойдя до тела Баттисты Вентури, она остановилась.

Ей казалось неправильным смотреть на мужчину, виновного в убийстве ее отца, и при этом ощущать яростное ликование, в то время как Дамиан переживает потерю. Но она ничего не могла с собой поделать. Глаза генерала были закрыты, губы сжаты в тонкую линию – даже после смерти он выглядел недовольным.

– Ваш сын всегда был лучше вас, – прошептала Роз в темноту, каждое слово было острым, как лезвие ножа. – А вы никогда не заслуживали его.

Она провела пальцем по холодной поверхности стола и, отвернувшись, направилась к мужчине в дальнем конце комнаты, тот лежал с вытянутыми вдоль тела руками. Несмотря на жестокую смерть, его лицо выражало спокойствие.

– Привет, Энцо, – пробормотала она.

Одежда на нем была все так же безупречна, как и прошлой ночью. Если бы не рана на голове от выстрела Дамиана, он казался бы спящим. Роз, положив локти на стол, стала разглядывать последователя.

– Ты хотел, чтобы все закончилось именно так? – Ее тихий голос практически затерялся в огромном помещении. Пошевелив пальцами, она провела ими по строчке на его пиджаке. – Только ты и я.

Казалось, будто временной промежуток между секундами увеличился. Она подумала о том, что показал ей Энцо. Видение, которое предстало перед ней, пока Дамиан наблюдал ее смерть. Воспоминание ледяными пальцами коснулось ее щек и переместилось к затылку, отчего нервные окончания в теле пробудились.

Она не понимала, как это произошло и что означало. В той иллюзии она стояла в Святилище, и все выглядело как прежде, пока не погас свет. А после окружающее пространство исчезло и словно растянулось. Перед глазами поплыли размытые картинки: они сбивали с толку, поскольку относились не к Роз.

Энцо поднимается по лестнице, держась одной рукой за перила.

Спорит с Баттистой, самодовольно наблюдая за тем, как взгляд генерала затуманивается.

Собирает офицеров стражи у главного входа в Палаццо.

«Я главный магистрат, – доносится бесплотный голос Энцо откуда-то из-за пределов мыслей Роз. – Приведите их ко мне».

Он продемонстрировал ей все, что сделал. После чего, позволив ее сознанию вернуться в Святилище, показал собственную смерть.

За мгновение до того, как она произошла.

Напротив того места, где находилась Роз, стоял Дамиан в окружении теней. Его пистолет был направлен прямо в затененную область Святилища, где предположительно скрывался невидимый Энцо. Роз от радости затаила дыхание, ожидая, когда Дамиан выстрелит.

Однако, как только он поднял оружие, его взгляд потемнел, и сердце Роз испуганно затрепетало в груди.

Она видела, как лицо Дамиана разгладилось, рука перестала дрожать. Видела тот самый миг, когда он принял решение. Голова его склонилась набок, радужки стали бездонными и приобрели цвет обсидиана. Это было тревожное зрелище. Жуткое. Уголки его губ неосознанно изогнулись в улыбке. Роз не узнавала ее. Как будто нечто всего на долю секунды пробралось Дамиану под кожу и завладело им.

Она была не в силах пошевелиться. Не в силах даже вздохнуть. Время тянулось бесконечно, когда Роз, застыв на месте, смотрела, как ее любимый человек превращается во что-то ужасное.

А потом все кончилось. Иллюзия длилась до тех пор, пока оглушительный выстрел настоящего пистолета Дамиана не вернул ее в реальность.

Она не понимала, что все это значит. Не осознавала, для чего Энцо показал ей эти события. Неужели он с самого начала планировал умереть? А Дамиан каким-то образом стал частью этого окончательного плана?

Ее не покидало чувство беспокойства, однако Роз не улавливала его причину. Все это происходило не по-настоящему. Дамиан не мог быть опасен. Только она ничего не узнает, сидя здесь и глядя на тело Энцо.

Поэтому Роз встала, попыталась избавиться от пробирающего до костей холода и вернулась обратно наверх.

Дамиан проснулся и обнаружил, что Роз смотрит на него.

Она сидела скрестив ноги на краю кровати, пристально вглядываясь в его лицо. Внезапно смутившись, он приподнялся и прислонился спиной к изголовью.

– Ты проспал весь день, – только и сказала она.