Роланд сам лично возглавил отряд разведчиков, в который вошли арбалетчики и королевские гвардейцы. Действительно, на холме впереди стояли конные и пешие воины, а над ними развевались королевские знамена: вставший на дыбы конь, из ноздрей которого вырывалось пламя.
Роланд велел отправить вперед лучших разведчиков и остался дожидаться их возвращения. Уже в темноте возвратившиеся доложили, что впереди действительно военный лагерь Бреса, и, по всей видимости, бой армия Лугайда примет здесь.
Ночью совет собрался снова. Решено было начать атаку утром, пока боевой дух воинов еще сохраняется на высоте.
На заре Роланд отправил гвардейских капитанов проводить разведку местности, а сам остался на совете. По всему выходило, что Брес занял очень выгодную позицию: его войска стояли на двух близко расположенных холмах, за которыми темнел лесок, и подойти к нему можно было только по открытым полям, раскисшим от дождя.
Эннобар злился и отвергал все планы, которые ему предлагали. Наконец решено было, что лучники и арбалетчики займут позиции на флангах, а атаку начнет конница, которая прикроет копейщиков и пехотинцев. Предполагалось разбить войско на две части и окружать войска Бреса до тех пор, пока они не окажутся в «клещах». Тогда королю Лугайда не останется ничего другого, как выйти на битву, выпустив свою кавалерию. В том, что гвардейцы и конные лорды растопчут противника, никто не сомневался.
Но присутствующий на совете Гордый Ворон указал, что есть вероятность ловушки, и предложил оставить часть войска в арьергарде для внезапной атаки, если дело пойдет плохо.
Эннобар и Роланд согласились с его доводами, и вскоре трубачи затрубили сигнал к построению. Небо прояснилось, даже выглянуло неяркое осеннее солнце. Было слышно, как у Лугайда играют сбор.
На пространстве голых, словно ладони, полей началось движение людских масс. Роланд и Эннобар разделились: король возглавил правый фланг, где встали арбалетчики, а главнокомандующий — кавалерию.
Слева командование на себя взяли Лиран и Кайси, так как их войска выстроились там. Кайси расположил своих лучников параллельно арбалетчикам Эннобара, чтобы они прикрывали атакующих.
Войска Бреса не спешили спускаться с холмов, видимо, выжидая. Роланд дал сигнал к атаке и повел кавалерию вперед: гвардейцы скакали почти вплотную Друг к другу, а за ними под бой барабанов шли копейщики и пехота.
Роланд забрал правее, чтобы обойти холм. Слева такой же маневр совершали всадники Серых гор и Приморья. И тут с обоих холмов взвились в серо-голубое небо тучи стрел, обрушившихся на лордов железным смертоносным ливнем.
Стрелы были длинные и тяжелые, они насквозь пробивали кольчуги и кожаные доспехи, а местами даже и стальные. Гвардейцы не сразу сообразили, что надо спасаться за щитами, и атака замедлилась. Падающие кони смешали ряды кавалерии, но Роланду удалось выровнять строй и отвести гвардейцев за пределы досягаемости стрел.
Тем временем добежали до рубежей арбалетчики и заняли свои позиции. С холмов хлынули пешие воины, которые неслись вперед, размахивая мечами и топорами. Арбалетчики дали залп, но оказалось, что из-за дождя многие арбалеты заржавели и утратили дальность и силу выстрела. Арбалетчики не нанесли почти никакого урона, оказавшись бесполезными.
Роланд решил продолжать атаку на холм, надеясь, что арбалетчиков прикроют подоспевшие копейщики. Главнокомандующий не мог видеть, что происходит на левом фланге, и в атаке ему некогда было смотреть, как разворачиваются дела вокруг. Роланд надеялся, что Лаувен и Рейстед смогут скоординировать их движение.
Но дело обернулось страшной катастрофой еще до того, как Роланд успел осознать происходящее. Копейщики закрыли арбалетчиков, и завязалась рукопашная с солдатами Лугайда. Воины Бреса были отдохнувшими и готовыми к бою, что давало им преимущество. Они не стремились прорвать строй копейщиков, а хотели навязать им длительную оборону.
В это время с холма практически в упор на гвардейцев обрушился новый залп стрел. Цвет лордов Тамврота валился с коней: всадники напоминали гигантских ежей. Сам Роланд получил стрелу в щель между наколенником и кольчугой. Рана чувствовалась несерьезной, и Роланд, стиснув зубы, упрямо несся во главе уцелевших лордов к вершине холма. Навстречу ему хлынули всадники, и две волны железа и плоти с шумом столкнулись.
Мечи и топоры взмывали вверх, копья пронзали укрытые железом тела. Гвардейцы Эннобара явились тут во всей своей страшной силе, прославленной далеко за пределами Тамврота. Роланд вломился в схватку первым, пронзив копьем какого-то знатного лорда в черненой кольчуге. Вокруг раздавались вопли смертельно раненных, падали, хрипя, кони, пронзительное конское ржание и крики боли и ненависти разрывали воздух. На глазах у Роланда конь под Гордым Вороном пал, раздувая окровавленные ноздри и бешено вращая глазами.
Но гвардейцы выстояли и отбили врага. Во внезапной передышке Роланд вдруг услышал истошный слитный вой позади и обернулся. Сердце его замерло, а глаза потемнели от ужаса.
