В огромном кабинете Аодха Ворона всегда было сумрачно и холодно. Серый камень стен и невидимые сквозняки изо всех углов мешали огню гигантского камина согреть помещение. Кроме того, с самой смерти Аодха кабинетом не пользовались, и теперь в нем витал дух нежилого помещения, хотя служанки и постарались вытравить его горячей водой с щелоком и ароматными сухими травами, настеленными на каменный пол.
Под потолком жила темнота, на стенах висели ростовые, потемневшие от времени, портреты Воронов, чьи имена теперь помнили лишь только архивные книги, пылившиеся в замковом святилище.
За круглым столом сидели: миледи Воронов, начальник стражи Каэрвен, лорд Медведь со старшим сыном, два лорда Волка (старый и молодой), лорд Вепрь, совсем юный, румяный, с испуганно-радостно блестевшими глазами, лорды Рысь, Росомаха, Горностай, Олень, Зубр, Тур и еще несколько лордов, не принадлежавших к древним родам Серых гор, названных по своим предкам из местной фауны.
Над столом царило угрюмое молчание: почти все роды отдали лучших сыновей и воинов в войско Эннобара, и во многих горных замках теперь стонали старинные плачи овдовевшие миледи, осиротевшие дети и дряхлые матери, потерявшие свою гордость — сыновей в самом расцвете лет и мужей, возглавлявших род. А еще черной тенью воронова крыла накрыла горы весть о том, что Брес занял Тамврот и разоряет замки и деревни.
Миледи Воронов казалась спокойной. Ее красивое лицо не портили ни заплаканные глаза, ни тени, ни морщины. Только жестче стали складки у рта да еще холоднее и проницательней — взгляд.
— Говорят, Брес не сжег Тамврот, а стоит там и обирает окрестные земли, — нарушил молчание лорд Медведь — седой, заросший бородой и серебристым пухом по самые глаза. Его мощные плечи сутулились, спина уже не держалась ровно.
— Скорее всего, он захочет пойти на нас или на Приморье, — отозвался молодой пригожий лорд Рысь. Он был старшим среди трех братьев, но остался дома, так как прошлым летом, охотясь в горах, упал с лошади и повредил ногу, превратившись в калеку. В голубых глазах лорда Рыси жила затаенная боль, тяжелое, страшное горе. Оба брата остались лежать рядом с телом лорда Кайси, а он торчал дома вместе со стариками и сейчас сидел за столом совета.
— Я послал к границам разведчиков, — сообщил старший лорд Волк. — Некоторые дошли почти до Тамврота, и дело плохо: повсюду ездят вооруженные отряды Лугайда, армия Бреса стоит в столице и по замкам в округе. Они запасаются провизией и отнимают оружие, хватают крепких мужчин и забирают в Тамврот, в тюрьму.
— Но разве Бресу выгодно сейчас бросать только что занятый Тамврот и лезть к нам, в горы? — робко подал голос лорд Вепрь, которому на днях исполнилось шестнадцать лет. Его отец, старший брат и даже племянник, сын старшего брата, погибли с войском Кайси, и теперь он стал главой рода, отчего ему было весело и страшно. А еще он испытывал гордость и мечтал о подвигах, в то же время не до конца веря, что это все не сон и он действительно как взрослый сидит на совете в Твердыне Воронов.
— Бресу сейчас выгодно свернуть шеи всем, кто стоит между ним и властью, — хрипло ответил старый лорд Волк. — Он разбил Эннобара и занял Тамврот. Ему кажется, что еще немного — и он возложит на голову императорскую корону, впервые с древних времен объединив все земли под своей рукой. Конечно, он не остановится. Особенно сейчас, когда у него еще вкус крови на языке не остыл, а голова кружится от всемогущества.
— Никто точно не знает, сюда он полезет или потопает по прямой гладкой дорожке в Приморье, — буркнул лорд Медведь. — Чего он в горах забыл? Когда у него до Приморья рукой подать, а там флот, плодородные земли и выход в море.
— Брес придет сюда, — негромко сказала миледи Воронов, глядя на один из портретов.
Лица изображенного мужчины было не разобрать, но еще виднелся его богатый, хоть и безыскусный наряд. Миледи смотрела на тщательно прорисованные золотые цепи — потускневший цвет золота продолжал сиять среди потемневших красок.
Повисло молчание. Лорды переглядывались. Каэрвен прочистил горло и обратился к миледи:
— Но разведчики пока не доставили верных сведений…
— Брес придет сюда, — остановила его миледи, и наконец посмотрела на мужчин.
Те, на ком останавливался взгляд ее льдистых, словно замороженных глаз, вздрагивали. В них всплывало что-то темное, страшное, нечеловеческое. Заставлявшее даже бывалых воинов отворачиваться, пряча лицо. Черные точки зрачков расширялись, заполняя светлую радужку, и тьма, такая, какая каждую ночь падала на горы, всплывала со дна этих неестественно красивых и бесстрастных женских глаз.
— Сейчас вопрос в том, как отстоять горы, — тем же тоном добавила миледи Воронов.
Лорды переглядывались, но никто не решался первым высказать свои сомнения. Наконец старый лорд Волк разлепил синеватые тонкие губы и в упор посмотрел на миледи:
— У нас двадцать тысяч воинов, и вести их будут такие старики, как я, и такие сопливые щенки, как лорд Вепрь. А у Бреса прекрасно подготовленное, выдрессированное войско, верящее в свою непобедимость.
