«А если узнают, кто все это затеял — и Четвертая Мировая не покажется такой уж сказкой» — хмуро подумал Энтони, наконец-то выдыхая набранный в легкие воздух.
— Простите, что отвлекаю, — выдавил из себя профессор, так и не заметив никакой реакции со стороны большого письменного стола, за которым сидел высокий мужчина средних лет с удивительно красивым, но усталым лицом. В ответ на слова Энтони, на него подняли яркие желто-зеленые глаза, которые, не мигая, уставились на профессора:
— Я Энтони Ворон, руководитель отдела по…
— Я знаю, кто вы, — прервал Энтони тихий, но властный голос. — Вы опоздали… — сухо заметил мужчина, не выражая никаких эмоций, и лишь его тяжелый взгляд давал понять Энтони, что говоривший, что сидел за письменным столом, в действительности куда менее спокоен, чем могло показаться на первый взгляд.
— Да, прошу прощения, я… — тут же скованно залепетал Энтони, чувствуя себя первоклашкой, которого впервые вызвали к доске.
— Я не нуждаюсь в ваших оправданиях, — холодно продолжил мужчина, откинувшись на спинку кожаного кресла и положив руки на подлокотники так, словно он сидел на троне. И Энтони готов был поклясться, что в такой позе этот человек действительно производил впечатление сильного и жестокого монарха.
— Я… простите…
— Извинения мне ваши так же не нужны…
Энтони уже не знал, что говорить и куда себя деть:
— Я вот… принес вам отчет, — почему-то колени Ворона задрожали, он на ватных ногах прошел к письменному столу и аккуратно положил толстую папку прямо перед мужчиной. Мистер Ш вальяжно взял папку со стола и начал медленно листать отчет, внимательно вчитываясь в каждое слово.
— Ну… я это… пойду? — Энтони очень надеялся уйти из кабинета этого мужчины до того, как тот дойдет до описания недостатков мальчика, но сегодня фортуна повернулась к профессору не самым удачным местом:
— Нет, останьтесь, — как бы, между прочим, кивнул мужчина на кресло перед столом, — располагайтесь.
Сердце Энтони ухнуло куда-то в желудок, но он, стараясь скрыть свое беспокойство, скованно сел в неудобное кресло и выжидательно уставился на босса.
— Мне кажется… или наш юный эксперимент не так удачен, как вы мне расписывали изначально? — все так же, не выказывая ни единой эмоции, произнес мужчина через пару минут, заставив Энтони вздрогнуть.
— Дело не совсем в этом… то есть… как бы мне вам объяснить… понимаете, он выдает верные ответы и строит изумительные модели!
— Так в чем проблема?
— В том, что… что эти модели наши программисты не могут… реализовать, — запинаясь, ответил профессор, почти физически ощущая, как атмосфера в кабинете накаляется.
— Я собрал десятки Лучших программистов, психологов, аналитиков, математиков… и вы хотите сказать, что они не могут справиться с моделями какого-то пятилетнего мальчишки? — каждое слово мужчины начало походить на тихое четкое шипение, — он что, настолько умен?
— В том то и дело, что совсем нет! — обрадовался Энтони тому, что у него наконец-то появилось что-то, от чего можно бы было отталкиваться в своем объяснении, — Дело в том, что в среднем он мало чем отличается от среднестатистического ребенка, с подобным я вообще встречаюсь впервые! Он не гений… и в то же время является им… точнее, не то чтобы это была гениальность, скорее болезнь, даже нет — побочный эффект. Нечто куда более поразительное и удивительное и… — Энтони так разнервничался, что с него градом потек пот, язык заплетался, и парень из-за этого то и дело вставлял кучу ненужных слов, тем самым размывая смысл сказанного.
— Вы тратите мое драгоценное время, — мужчина, напротив, был спокоен и невозмутим, словно высеченная из мрамора статуя. Единственное что его выдавало — это взгляд, от которого Энтони еще немного и свалился бы с сердечным приступом, — Знаете что это? — в руках босса внезапно появился револьвер.
— О… оружие… — запинаясь пробормотал Энтони, чувствуя что обморок подбирается к нему все ближе.
— Не просто оружие… а очень старое и при этом удивительно качественно сделанное оружие. Сейчас такое найти — настоящая удача. Это наган. Вы знаете, что наган был создан в 1877 году Эмилем Наганом. Нет? Конечно же… вряд ли эта информация хоть как-то поможет вам в жизни. А я вот увлекаюсь подобными вещами, нет, не пистолетами, их историей. Первый револьвер в честь года создания и назвали «Револьвер М 1877». Вы меня слушаете? Надеюсь, я вам не наскучил? — внезапно поинтересовался мужчина, наблюдая за тем, как Энтони начинает шатать от перенапряжения. Профессор, конечно же, не понимал, с чего вдруг посередине разговора о Тери босс внезапно завел речь о древнем огнестрельном оружии.
— Нет— нет, я внимательно вас слушаю, — прохрипел в ответ парень, вытирая платком пот, что выступил на его лбу.
