Меня мучил лишь один вопрос, с какого фига в торговой части города между магазинами внезапно втиснулась церковь? Но отче ответил мне на этот вопрос уже через минуту, раскрывая передо мной прейскурант цен отмаливания грехов. Всего в прейскуранте было около ста пунктов, и честно говоря, копался я в нем не без интереса. К примеру я узнал, что чтобы отмолить какое-то незначительное воровство надо всего лишь иметь при себе 350 р. То есть пошел, украл 400 р, 350 потратил на отмаливание этого греха, а еще 50 пошел и проел! Удобно, черт вас побери! А вот вранье оказалось дорогим. Одна врака — 100 р, да я вру как дышу, я же денег не напасусь!!! Хотя хуже всего все же убийцам, их так вообще в этой церкви собирались ободрать как липку! Убийство от 10000 р в зависимости от мотива, уровня жестокости, пола и возраста жертвы. Офигеть! Все, собаки, предусмотрели!
— Хочу вас сразу обрадовать! — тем временем воскликнул «святой отец», — Несовершеннолетним и пенсионерам скидки!
— Что, пра-а-авда? — протянул я, все никак не в силах оторваться от списка.
— Да-да, — закивал мужчина — кроме того, вы даже не представляете как вам в действительности повезло! — захлопал он в ладоши, — Только сегодня у нас акция! Отмаливаете два убийства, и третье я вам отмаливаю бесплатно! — оповестил он меня. Товарищи, да это халява! У меня на скидки и акции всегда сразу срабатывали рефлексы, как у собаки Павлова. Скидки, акции — это было моей слабостью, вот только денег-то у меня совсем не было, да и убийство вроде пока на душе не висело, хотя…
Я взглянул на карточку Зуо, и меня посетила гениальная идея:
— Простите, а вы можете отмолить грехи не мои, а моего… хм… друга? — произнося слово «друг», меня самого же еще и перекосило. Нашел блин друга!
— Ох, конечно… но вы же понимаете, что тогда придется доплатить…
— Что? Перевод через третье лицо на небесах оценивают выше?
— Понимаете, ведь человек должен раскаяться! А если я отмаливаю его грехи без его согласия, то…
— О! Я понял! Это профессиональный риск, верно?
Отче на минуту задумался, а затем неуверенно кивнул.
— Что ж… ради Зуо мне никаких его денег на него не жалко! — с интонацией героя заявил я, — Куда идти, что говорить?
Отче на это провел меня в небольшую темную комнату, в которой стоял мягкий стул, а сбоку в стене было решетчатое окошко. Пока я удобнее усаживался на стуле, отче зашел в другую комнатку и я увидел его грузную фигуру через решетки окошка.
— Слушаю тебя, сын мой… О ком ты хочешь со мной поговорить?
— О рабе Божьем — Зу… о нет… какой же он раб божий… скорее уж сатанист! Да! Он сатанище! Может, в него вселилась какая-то дрянь? Хотя вряд ли… или нет…
— Когда он стал сатанистом?
— Думаю когда он родился?
— Может, его душа была порабощена еще во младенчестве?
— Ой, по мне так Зуо сам кого хочешь поработит! — пробормотал я, — Он просто очень злой и жестокий…
— Хотите отмолить его грехи?
— Если честно, то не особо! — признался я, — пусть сам отмаливается… мне бы его проклясть… ну так не сильно, чтобы, знаете, его преследовали мелкие неприятности, к примеру, чтобы он каждое утро вляпывался в собачьи какашки, поскальзывался на них, падал, ударялся головой об пол, пол проваливался и Зуо вместе с ним, а внизу подвал, а в подвале ящики, а в ящиках гвозди, и чтобы парочка гвоздиков ему в самое мягкое и жутко аппетитное… так я не о том! Короче, пусть ему воткнется парочку раз… В эту… В жопу! А то он вообще офигел! Творить со мной такое… Я даже не понимаю, как мог влюбиться в подобного типа! Это же настоящий кошмар! Он постоянно меня бьет и унижает! И даже секс с ним был кошмарен… нет, кстати, мне было даже хорошо, но удовольствие то ушло, а жопа как болела, так и болит… нет прям сейчас даже болит! — возмутился я, начиная ерзать на стуле, — Отче, вы слушаете?
— Да-да, — слегка сипловато ответил мужчина, — но я не совсем понимаю… у нас отмаливание грехов, проклинают улицей ниже, — пролепетал он растерянно.
