– Да, – почти одними губами выдавливает она, пока наши взгляды почти не отрываются друг от друга.
И наплевать, чем вызвано её согласие. Главное, что у меня ещё остаётся шанс, который мне непонятным образом прямо-таки чертовски нужен. Обстоятельства нашего сближения меркнут перед почти бесящим меня не умолкающим желанием касаться её, чувствовать, целовать. И не пойму даже, почему именно эта девочка – концентрированное удовольствие, накрывающее с головой. У меня ведь и неопытные милахи тоже уже были.
– Ты хотя бы примерно сознаёшь, насколько ты красива? – то ли чтобы расслабить её комплиментом, то ли в каком-то заворожённом состоянии спрашиваю, обхватывая ладонями её лицо и глядя в глаза. – Ты сводишь с ума, – подытоживаю и провожу носом по нежной щеке. Чувствую, как Варя чуть подрагивает, впитываю её тепло, внимаю затаившемуся дыханию.
Оно более неровным становится, когда я настойчивее притягиваю девчонку и слегка вжимаю в себя. Она располагает руки мне на плечи, и уже этого достаточно, чтобы продолжать. Мягко касаюсь губами её губ. Целую медленно и нежно, плавно и тягуче, пытаясь забрать поцелуем тревогу и страх Вари. Внимаю, как постепенно она расслабляется, подаётся мне навстречу, чувствует и пробует.
В эти секунды чётко понимаю, насколько многое потерял вчера, отпустив тормоза. Робкий и искренний отклик девочки – это отдельное удовольствие, увеличивающее собственное во сто крат. Зарываюсь ладонью ей под вырез платья на спине, поглаживаю тёплую нежную кожу, распаляю ласками… Правда, непонятно, кого – её или себя. Потому что уже хочу – больше, ближе, глубже.
Вот только времени нам чертовски мало остаётся. Я должен уже сидеть в машине, чтобы успеть на назначенную важную встречу с новыми партнёрами. Которых, увы, никому не могу делегировать. Понимаю необходимость этого и помню даже сейчас, но чертовски не хочется перестраиваться.
– Может, нахрен эту работу, – шепчу в губы Варе и тут же засасываю в жадный поцелуй. Настойчивее сминаю губы, оттягиваю, языком вторгаюсь. Девчонка принимает и это, не напрягается совсем.
Хотя, возможно, во многом из-за моих слов про работу. Уверен, на неё они действуют успокаивающе.
– У вас там что-то важное, – в подтверждение этой мысли рвано выдыхает она, хоть и не отстраняется. А будто даже ко мне клонится, тянется слегка.
Вот только её слова мне не нравятся. И не столько даже ненавязчивым поторапливанием на работу.
– У вас? – с напускной строгостью переспрашиваю, легонько целуя девчонку в нос.
Не узнаю себя. Чуть ли не нежничаю тут с ней сижу, когда у самого трубы горят. Во всех сферах и смыслах.
– У тебя, – мягко исправляется она и даже улыбается.
Мимолётно, но согревающе. Киваю, неохотно отстраняясь. Может, пауза и для Вари будет кстати. Если за ночь девчонка приняла решение довериться мне и позволить ввести её в чувственный мир без притворства; то теперь, когда мы уже это обговорили и сделали пару нужных шажочков, охотнее утвердится в правильности решения и расслабится.
– Да, увы, важное, ты права, – соглашаюсь, уже поднимаясь с места. – Увидимся ночью.
Больше не задерживаюсь, потому что даже мысленно уже в делах. Перестраиваюсь быстро. Прикидываю в уме объём работы, потому что основу сегодня беру на себя. У Леона будет другое немаловажное занятие – как можно скорее выяснить, кто такая эта Варя и почему она здесь.
Облегчённо вздыхаю, когда Мирон, не оборачиваясь, уходит. И завтракать гораздо легче становится. Даже наслаждаюсь вкусом гранолы, а потом и к тостам тянусь. Вкусно здесь кормят – во рту так и тает почти всё, что я беру. Да и наслаждение позволяет чуть забыться.
Хотя мыслей, где Света и в порядке ли мои родители, хватает. Я связывалась с ними как бы невзначай, спрашивала про дела, врала, что у подруги на неделю зависну. К счастью, мне легко поверили, потому что из-за её проблем с отчимом я уже не раз у неё оставалась. Ведь он при мне упорно притворяется хорошим. За меня папа и мама в такие дни не волновались – многое о нём не знали, да и слабак он ещё тот. Такой только исподтишка может что-то делать, грязные мысли свои замышлять о Свете и фантазировать о ней, запираясь в ванной с её нижним бельём. Мерзость, в общем.
Сочувствуя подруге, я раньше и представить себе не могла, каково быть на её месте. А теперь испытываю что похлеще. Не похотливые поползновения в мою сторону, а очень даже ощутимые действия. Да, Мирон другой, совсем не как её отчим. Но от этого только более тошно.
Но выбора нет – точнее он незавидный. Терпеть или перестроиться. Я решила, что повтор подобной ночи просто не выдержу, а потому буду тренироваться на этом мужчине, как на бездушном сексуальном полигоне. Сделаю вид, будто он даже не человек. В конце концов, не фригидна же я, что-то должно меня зажечь. Исходные данные неплохие, мне достался красавчик. И да, пусть я уже его ненавижу, но так и нежничать мне с ним ни к чему.
Хотя, кстати, с утра он каким-то ласковым со мной был. Вроде бы даже что-то типа чувства вины в нём прорезалось. Интересно, если бы знал правду, мог бы помочь?..
