Ее вопрос застал меня врасплох. Я почувствовала себя словно на выпускном экзамене. В голове следом за сотней билетов пронеслись сновидения последних дней, приметы и даже транзиты планет. Из всего этого выбивался недавний сон. Мне снились бескрайние цветочные поля: символ счастья, гармонии и чувственных удовольствий.
– У меня все будет хорошо, – просто ответила я и тоже улыбнулась.
– О, моя дорогая, вы даже не представляете насколько. Адептка Вероника Фейн, вы награждаетесь почетной медалью имени Святой Сивиллы за смелость и твердость духа, проявленные во время учебы в академии, а также за неоценимую услугу Провидению и всему миру.
Вокруг воцарилась тишина. Последнее, чего я ожидала, это какой-либо награды. История с Итаном не получила огласки. Все думали, что он просто бросил учебу. Да и не нужны мне были почести и медали. Самой большой наградой стала жизнь Дана и наше общее правильное будущее.
Послышались робкие аплодисменты. Ректор Матеус подал пример. Дан встал со своего места, за ним поднялись его друзья, и вот уже все адепты и гости хлопали стоя.
Мое сердце колотилось как бешеное. Я растерянно обвела всех взглядом.
– Награда всегда находит своего героя, просто иногда ей требуется чуть больше времени, чтобы добраться до нужного адреса, – сказала архимагесса Верига так, что ее расслышала только я.
На ватных ногах я вернулась на свое место. Из корочки торчала шелковая ленточка. Уже сидя на стуле, я раскрыла диплом, чтобы посмотреть на медаль. Она напоминала серебряную монету.
– С ума сойти, что ты такого сделала? – спросил Калеб, заглядывая мне через плечо.
– Просто сделала несколько предсказаний. – Я смущенно улыбнулась и захлопнула диплом.
Выпускная церемония подошла к концу. Адепты и гости академии смешались и бурно обсуждали происходящее. Меня обступили братья и сестры, требуя показать медаль. Подошли родители Дана.
– Вероника, поздравляю. – Долорес тепло меня обняла.
– Спасибо, а где Дан?
– А… он отошел, – неопределенно ответила она.
– И папа тоже куда-то запропастился, – сказала я.
– Мам, хочу пить, – заканючил Энтони, и мы двинулись к шатрам с угощением.
Вскоре к нам присоединились Дан и папа. Я с удивлением заметила, что они идут вдвоем.
– Все в порядке? – с тревогой спросила я.
– Пойдем прогуляемся, – неожиданно предложил Дан.
– Но…
– Идите-идите, пирожные никуда не убегут. – Долорес забрала из моих рук диплом и подтолкнула к сыну.
Теплая рука Дана сжала мою. Мы прошли мимо опустевшего постамента и направились к главному корпусу.
– Куда мы идем?
– Сейчас увидишь, – пообещал Дан, крепче сжимая мою ладонь, словно боялся, что я вырвусь и убегу.
Впрочем, я обрадовалась возможности покинуть людное место и побыть с любимым наедине.
Мы прошли в безлюдный холл. Сегодня академия принадлежала только выпускникам. Экзамены давно закончились, и адепты разъехались на лето, чтобы осенью снова вернуться сюда и продолжить обучение. Так что главный корпус пустовал.
Мы прошли к расписанию.
– Так много воды утекло, столько событий… А ощущение, что все было только вчера, – улыбнулась я, припомнив нашу первую встречу.
Дан отпустил мою руку и полез в карман брюк. Он выглядел взволнованным, и на щеках проступил легкий румянец, что было совершенно ему не свойственно.
– Ника. – Он преклонил колено, и я увидела черную бархатную коробочку.
Сердце ухнуло куда-то вниз. Я прижала ладони к щекам, не веря до конца в происходящее.
– Я люблю тебя всем сердцем и хочу узнать, согласишься ли ты выйти за меня замуж?
Я молчала, глядя на старинное кольцо из потемневшего золота. Явно семейная реликвия. О боги, неужели он просил у моего отца разрешения?!
– Ника, – снова позвал Дан.
– Я… я… да.
Говорить связно не получалось. Слишком много событий для одного дня. Голова шла кругом. Дан улыбнулся и, достав кольцо, надел его мне на палец.
– Когда… когда ты решился? – спросила я, смотря на свою руку.
– Еще прошлым летом, но твой отец попросил подождать до окончания академии. Он все шутил, что Фейны прокляты и как только мы поженимся…
– То начнем плодиться как кролики, – закончила я со стоном.
Иногда папе все же следует… поумерить свою прямолинейность и чувство юмора.
– Надеюсь, это было не при твоих родителях?
– При них, – не стал лукавить Дан. – Не волнуйся, они были не против такого развития событий.
– О боги. – Я прикрыла глаза рукой. – Знаешь, сейчас ведь никто так уже не делает. В смысле, не спрашивает разрешения родителей.
– Мне хотелось, чтобы все было правильно. – Дан поцеловал кончики моих пальцев.
– Жаль, придется отложить свадьбу на год.
– Почему? Сыграем в августе. А лучше в июле. Неужели ты думала, я отпущу тебя неокольцованной на год практики в академию, где полно адептов-оболтусов, у которых на уме… – Он сделал паузу, подбирая подходящее выражение, и в конце концов процитировал архимагессу Веригу: – «Всякие глупости».
– Нельзя судить всех по себе, Даниэль Ваймс! – рассмеялась я и обвила его шею руками. – Но я согласна. Отпразднуем в августе. Пожалей наших мам, нужно организовать праздник.
– Будет праздник! – Дан подхватил меня на руки и закружил.
