Алла все еще училась в школе, и моей жене приходилось сталкиваться с супругой Антонова. Которая возила в ту же школу дочь.
– Представляешь, Антоновы развелись! – сказала мне Настя и взяла паузу. Что, интересно, я должен был сказать?
– Твою мать!
– Леня! Ты так переживаешь за чужих людей? О нас бы лучше подумал!
– Ты себе даже не представляешь, насколько
– Не понимаю, – удивленно посмотрела на меня Настя.
– Полина тебе ничего не рассказывала? Вы ведь часто секретничаете. Полина маменькина дочка.
– Она еще девушка, если ты это хочешь знать.
– Хоть так. Про дядю Илью ничего не говорила?
– Она давно уже перестала называть его дядей.
– Насколько давно? – насторожился я.
– Леня, ты говоришь загадками.
– Хорошо, я скажу прямо: Антонов развелся с женой, чтобы жениться на Полине.
– Ты шутишь?!
– Ничуть.
– Да с чего ты это взял?!
– Антонов мне сам сказал.
– Когда?!
– На выпускном. Как думаешь, откуда у него тогда появился синяк? Или ты не помнишь синяка? Жалею, что ударил только один раз. Но время еще будет.
– Антонов и Полина… – растерянно сказала Настя. – Нет. Не может быть.
– Еще как может.
– Но он же взрослый мужчина, а она еще ребенок!
– Ребенок она по натуре. И никогда не вырастет. А вот как женщина Полина уже созрела. Ей восемнадцать, она может вступать в брак. Рожать детей. Спать с мужчинами.
– Но не с Антоновым же! – вздрогнула Настя.
– А вот он только об этом и мечтает. Ты поговоришь с Полиной или я? О том, откуда берутся дети?
– Я в свое время ей это объяснила, – вспыхнула Настя. – Когда к ней пришли месячные.
– Ты объяснила в общем. Теперь объясни в частности. Чего от нее хочет Антонов. Узнай, хочет ли она того же.
С сыном я бы сам поговорил и объяснил на собственном примере про детей и не только. Но не мог же говорить о сексе с дочерью?! По-моему, это должна сделать мать. Но, наблюдая за Полиной, которая по-прежнему оставалась безмятежна, я заподозрил, что Настя говорила с ней о пестиках и тычинках. Даже учебника анатомии не открыла для наглядности!
И, скрипнув зубами, я решил поговорить с Полиной сам. Момент был подходящий: она сдавала сессию и штудировала какой-то толстенный учебник. Хотя штудировала и Полина? Она листала книгу, пытаясь отыскать в ней картинки, и вздыхала.
Я вошел к ней в комнату и поморщился, увидев беспорядок. Полина бардачница. Не то что Алла, в комнате у которой спартанский порядок. А вот Полине нужна прислуга. В общем, ей нужен богатый муж. Тут Антонов прав. Вот о муже я и пришел с ней поговорить.
– Па, зачем мне это? – Полина ткнула пальчиком в учебник. Я невольно залюбовался идеальным маникюром. Руки у Полины безупречны, пальцы длинные, лунки ногтей тоже удлиненные, овальной формы. Впрочем, у моей старшей дочери все части тела хороши, каждой из них можно любоваться бесконечно. – Я ничего не могу запомнить! – пожаловалась Полина. – Ты не мог бы договориться, чтобы мне просто так поставили зачет? Или мне Илью попросить?
Она сама заговорила об Антонове. Прелюдии не потребовалось.
– Ты часто с ним встречаешься? – строго, по-отцовски спросил я.
– Да, он приезжает в институт, чтобы отвезти меня пообедать. Илья говорит, что я должна хорошо питаться, диета мне не требуется. А тебе не кажется, па, что у меня на спине появилась складочка?
И Полина, задрав футболку, повернулась ко мне спиной. Я невольно отвернулся. Она, конечно, моя дочь, но ее красота сногсшибательна. Этак мне придется после разговора с Полиной идти к любовнице.
– Па?
– Все в порядке с твоей спиной, – проворчал я. – В отличие от мозгов.
– Я дура, да? Алка так говорит. Она сама дура. Таскается на эти олимпиады. Все и так можно получить, – и Полина отшвырнула учебник.
– Ты имеешь в виду замужество?
– Конечно.
– Кандидатуру Антонова ты в этом качестве рассматривала?
– Он что-то говорил, – наморщила лобик Полина. – Но он же старый!
– И разведен, заметь. Двое детей.
– Хотя… Ты против, да?
– Есть такое чувство – любовь называется. Тебе оно ведомо?
Безусловно, Полина знает про любовь. Она без памяти влюблена в себя.
– В пятом классе я целовалась с одним мальчиком, – задумчиво сказала Полина. – Наверное, это она и была.
– Поцелуями дело не ограничивается, – я наконец перешел к сути.
– Ты о сексе? – равнодушно сказала Полина. – Все девчонки только об этом и говорят. Не переживай, па, я все уже знаю.
– Вы с подружками смотрели порно?
Черт возьми! Я сам готов подарить ей флешку, куда накачать побольше голых мужиков. Так, чтобы дочурка детально все рассмотрела. Может быть, после этого Полина даст наконец Антонову от ворот поворот?
– Фи! Но если мужчины без этого не могут, то можно и потерпеть. – А это уже мама. Узнаю Настасью Сергеевну! – Мне сказали, что больно только в первый раз. Это все равно как вырвать зуб, – продолжала «философствовать» Полина.
– Зубы рвут под наркозом, – заметил я.
– Но можно ведь выпить шампанского?
– Не думаю, что мужу понравится, если в первую брачную ночь ты будешь пьяной в стельку. Полина, тебе придется ложиться в постель с Антоновым каждую ночь. Он именно этого и хочет. Ты его интересуешь в первую очередь как женщина.
