– Почему ты все время язвишь? Не девушка, а кактус. Мне жаль твоего парня.
– Я не парень, я из полиции, – Снегин выложил на столик удостоверение.
Он увидел, как меняется в лице Ксю. Недавно так же изменилась в лице Юля. Юлия Петровна. С него сползла самоуверенность, и показались растерянность и страх. Так же выглядела сейчас и Ксю: бледно.
– Но как же так? – она посмотрела на Аллу. – Ты же сказала, что он – твой парень?!
– Так и есть. Мы познакомились в день, когда убили отца. Я любила его больше вас всех, просто об этом никто не знал. И он не знал. Я не представляю, как пережила бы все это, если бы не Женя. Я с ним могу об этом говорить, и он поймет. Правда, Жень?
– Пойму, – кивнул Снегин.
– С ума сойти! – передернула плечиками Ксю. – Дочь Леонида Петровского и мент! Вот бы папа обрадовался!
– Леонид Андреевич многому бы не обрадовался. Ксения, хватит врать, – жестко сказал Снегин. – Я тут сидел, слушал… Красивая сказка. Но ведь на самом деле все было не так. У вас с Катковой был общий враг: жена. Анастейша, как ты ее называешь. И вы совместными усилиями стали решать эту проблему. Я просто уверен, что ты бросилась наперерез Сметанке не чтобы ее удержать, а чтобы напугать кобылу еще больше. Подхлестнуть.
– Это неправда!
– Ильинский тоже это понял. И подпругу, скорее всего, резала не Юля.
– Нет! Это все она!
– Ты потому и не сказала Леониду Андреевичу. Он бы выгнал вас обеих. А вы неплохо при нем устроились.
– Леня все знал и простил меня!
– Видимо, не все. Зато Ильинский много чего раскопал. И поделился этим с Катковой. Его жена говорила о длинных черных волосах, найденных ею на пиджаке мужа, – Снегин скептически оглядел пышную прическу Ксю. – Кажется, это искусственные волосы.
– Наращенные, – поправила Алла.
– Которые легко ломаются и выпадают. Так кто спал с детективом, Ксюша? Ты или Юля?
– Это все она! Сказала: «Не лезь, ты только все испортишь».
– Так кем же вы были: подругами ли заклятыми врагами? – не выдержала Алла.
– Неужели ты еще не поняла? – ответил за Ксю Снегин. – Как только общий враг был бы повержен, они бы принялись друг за друга. Что и случилось… Ксюша, когда Леонид Андреевич сорвался в Бережки, Юлия Петровна об этом знала?
– Конечно. Она была на работе. Она там безвылазно торчит.
– Осталось получить распечатку ее звонков в тот день. Она даже не представляет, во что ввязалась. То есть представляет, конечно. Каткова женщина умная. Но ей и в голову не пришло, кто возьмет заказ на ее босса. А это уже не просто заказное убийство. Государственной изменой попахивает. Юлия Петровна, конечно, может игнорировать следователя. Но не ФСБ.
– ФСБ?! – глаза у Ксю округлились. – А как же я?! Что будет со мной?!
– Даже если удастся доказать твою причастность к покушению на Анастасию Сергеевну, отделаешься легким испугом. Если, конечно, это не ты позвонила киллеру.
– Не я! Клянусь!
– В папином офисе тебя никто больше не потерпит, – брезгливо сказала Алла. – Но ты можешь все начать сначала. Ты ведь недаром возобновила визиты на конеферму. Наверняка есть кто-то на примете.
– Хорошо быть богатой девочкой, – усмехнулась Ксю, вставая. – И наследство теперь солидное светит. А кто-то сам пробивается. Надеюсь, мне хотя бы не испортят трудовую книжку неприятной статьей.
– Трудовая книжка у тебя между ногами, – Алла тоже встала. – Посмотри, на кого ты похожа. Одни татушки и силикон. У тебя скулы скоро на подбородок съедут.
– Не учи меня жить, сучка!
– Так! Хватит! – Снегин тоже встал. – Алла, идем!
– Погоди, дай я ее пну!
– Алла! Твою мать! Да уймись ты!
Ксю взвизгнула и отскочила. Парень за стойкой среагировал мгновенно. Оказался рядом с Ксю через секунду:
– Девушка, вас обижают? Вызвать полицию?
Секьюрити и бармены всегда интуитивно принимают сторону красивой женщины.
– Я уже здесь, – Снегин сунул ему под нос удостоверение. – Все в порядке, инцидент исчерпан. Протокол составлять не будем.
И потащил упирающуюся Аллу к выходу. Ксю довольно крепко держал бармен.
– Нет, подожди! Она меня сучкой обозвала!
– А ты ее проституткой.
– Я не так сказала!
– Суть от этого не меняется. Вы в расчете.
Алла понемногу успокаивалась.
– Нам здесь делать больше нечего, – сказал Снегин в подземном гараже. – То есть мне. А у тебя какие планы?
– Встреча с братом. Которого я никогда не видела. И не горю особым желанием видеть. Но надо. Хочу понять, как мы после этого будем жить.
– Тогда поехали отсюда, – и Снегин уже привычно запрыгнул на пассажирское место.
– А ты, оказывается, материшься, Онегин, – насмешливо посмотрела на него Алла, когда они вырулили на набережную.
– А еще в физтехе учишься. В футбол играешь. В жизни не поверю, что у вас там идиллия. Можешь больше не сдерживаться.
– Зачет… Ты и в самом деле прижмешь Юлю?
– Это не в моих должностных обязанностях. Я опер. Допрашивать Каткову будет следователь. Она, конечно, станет отпираться. Но у меня кое-что есть. Я ведь нашел в компе у твоего отца папку «Ильинский». Там немного, но некоторые файлы Леонид Андреевич скопировал. Это нам поможет.
– Ты уверен, что именно Юля позвонила киллеру? Но зачем ей убивать отца?
