Это был второй самый опасный момент его авантюрной атаки. Он ожидал увидеть как минимум нескольких противников, двигающихся в его направлении, но вместо этого с изумлением констатировал, что все пираты по-прежнему изрыгали проклятия под мачтой. Это было невероятно, но никто из них даже не заметил того, что Андрей только что уменьшил их команду на двадцать пять процентов, практически в паре десятков шагов. Правда ночь была действительно темная, а Лаэр действительно громко шумел и ругался. Тем не менее, кажется, Андрей немного переоценил уровень подготовки абордажной группы. Вот и славненько. Андрей разбежался и длинным прыжком махнул прямо в эту кучу. Оружие замелькало в его фирменном стиле «бешеная мельница окончательно рехнулась.» Доспехов на них не было, что существенно облегчало работу. Он с ходу рубанул по чьей-то немытой, беззащитной шее тесаком, погрузил кинжал в чью-то печень слева, двинул локтем в оскаленное рыло справа. Пнул чью-то коленку, весьма удачно добавил коленом в живот. Это просто праздник какой-то! Кажется, получился крайне зрелищный и эффективный выход на сцену. Потом Андрей все же отступил на несколько шагов, чтобы не попасть под шальной удар. На этом отходе удалось подрубить ногу еще одного пирата. Тот потерял равновесие, взмахнул руками и с протяжным воплем рухнул в море, подняв тучу брызг. Минус пять. Лаэр на мачте верещал и улюлюкал диким голосом, пираты орали от боли и от неожиданности. Андрей же молча стоял и довольно скалился, взирая на побоище. Адские крики, должно быть, разлетались на мили вокруг. Эта музыка ему нравилась. Остро пахло кровью и потом. А ещё Андрей чувствовал необычайный прилив сил и бодрости, казалось каждая клетка в организме получила заряд энергии и радостно вибрировала. Чувства также предельно обострились, он видел каждую соринку на много метров вокруг и слышал мельчайший шорох. Это было, пожалуй, странно, одним выбросом адреналина такое не объяснишь, но Андрею сейчас некогда было задумываться, его так и подмывало снова броситься в схватку и изрубить оставшихся противников в фарш. Невероятным усилием воли он сдержал себя. Не стоит спешить. Двое врагов растянулись на досках прямо перед ним, под ними медленно растекались лужи, отсвечивая матовым глянцем. Один уже не двигался, а второй еще подергивался в конвульсиях, но явно был не жилец.
Оставалось еще двое. Только сейчас до Андрея дошло, что ублюдки действительно были уродами. У здоровенного верзилы с рыжей бородой, на которую уже натекло прилично крови из разбитого носа, было шесть пальцев. Он зверски сопел и крутил в руках тесак трапециевидной формы. Другой пират небольшого роста, с мелкими чертами лица, имел странные круглые глаза, наподобие кошачьих. Коротыш был вооружен горским палашом полуторной заточки и обладал приличной реакцией — умудрился вовремя отскочить в сторону и не получить ни одной царапины. Он сверлил Андрея очень неприятным ледяным взглядом, в котором не было ни единого проблеска страха.
— Ну что, твари, не ожидали подарочка? — подзадорил их Андрей, поигрывая мачете. — Выходи по одному! — Кровь так и бурлила в жилах, хотелось бегать, прыгать, а также бить, резать и душить врагов. Причем можно даже голыми руками.
Противники переглянулись и стали медленно обходить Андрея справа и слева. Верзила улыбнулся предельно мерзкой улыбкой, показав гнилые зубы, и сказал, сплюнув длинной красной слюной:
— Не знаю, что ты там пробулькал, навозная жижа, но ты труп!
Маленький пират промолчал, но разразился мерзким скрипучим смехом.
Андрей приготовился отпрянуть в сторону, но тут случилось неожиданное — раздался сочный шлепок и из груди громилы проклюнулся окровавленный наконечник гарпуна, который Лаэр весьма метко метнул с самой верхушки мачты. Орудие вошло между лопаток и пробило грудную клетку насквозь. Рыжебородый страшно захрипел и как сноп повалился под ноги Андрею, мелкий пират на секунду отвел взгляд и Андрей быстрым выпадом тут же отрубил ему левую кисть.
— Ну как, все еще смешно? — спросил Андрей разом побледневшего противника.
Пират не ответил, попятился и лишь оглянулся в сторону рейдера.
— Ждешь подмоги? Так там уже все сдохли, а теперь и твоя очередь.
Раненый облизал сохнущие губы, неуклюже зажимая обрубок, из которого струей текла кровь:
— Давай договоримся?
— А что ты можешь мне предложить?
— В принципе, ничего особенного, твоя жалкая душонка скоро и так отправится в ад! — мелкий попытался сделать неуклюжий выпад в сторону Андрея.
Андрей нахмурился, урод вел себя как-то нелогично, по его расчетам он вот-вот должен был потерять сознание от кровопотери. В этот момент в голове Андрея раздался тихий шелестящий голос:
— Szadi!
