И на зарядке Цепин удивил Сёму, он бежал впереди роты, задавая темп бега, как будто и не было бессонной ночи. Рота бежала, как один большой слаженный механизм – стук сапог по асфальту – един, одно дыхание. Сёма бежал в строю, и ему казалось, что это только он топает по дороге, только он дышит. Добежав, до какой-то только ему понятной точки, сержант повернул обратно. По этой же дороге бежали и другие роты, так же, как и они в едином темпе, поворачивая там же, где повернули они. Прибежав на стадион, старший сержант Цепин, приказал командирам отделений провести зарядку, отправив всех на брусья и перекладины, а сам собрал всех молодых, сказал, что сам проверит, на что они способны. Он загонял их то на турник, то на брусья. То неодобрительно качал головой, заставляя повторить упражнение, то одобрительно похлопывал по плечу. Потом, разбив всех в пары, проверил знание ими рукопашного боя, оставшись не удовлетворённым. «Какие же вы десантники?» – басил он. «Чему вас в учебке только учили? Кроме комплексов рукопашного боя ничего не умеете! Как же вы будете американцев лупить, если ничего не можете! Десантник должен не только сам уметь бить, но и удар держать! Лёха, бегом кирпич неси!» – Лёшка бегом рванул к строящемуся новому клубу, и оттуда вернулся, неся красный кирпич. Цепин взял кирпич двумя руками за края и вдруг со всей силы ударил им себя по голове. Развёл руки в стороны. Огромные ладони практически полностью закрывали половинки кирпича. «Зарядка окончена, все в казарму, заправлять постели, умываться!» – чуть повысил голос он, так, чтобы его все услышали. В казарме, он прошёл в дальний конец, где находился спортивный инвентарь, взял две двухпудовки и начал с ними проделывать удивительные вещи – подняв их вверх, он разводил руки в стороны и несколько секунд держал руки параллельно полу. Потом начал жонглировать ими. Вдоволь натешившись, он вдруг взглянул на Сёму, который, не отрываясь смотрел на него, улыбнулся и сказал: «Прослужишь с моё, слон, – тоже также сможешь».
Вернулись из чепка, деды, настроение у них было приподнятое, и видимо тянуло поговорить. Один из них Серёга Танин, подсел к молодым и ни к кому конкретно не обращаясь, спросил: «Слоны, а вы знаете, что в обязанностях часового на третьем посту записано? Не знаете? Третий пост – это дальний пост, он расположен в лесу. Так вот, в обязанностях один пункт гласит – «При встрече с зелёной женщиной огня не открывать!». «Несколько человек уже стреляли там – продолжал Танин – Появляется она в сумерках, или перед рассветом. Впрочем, ничего плохого она с людьми не делает, она – ведь приведение». «Кстати – подхватил разговор командир отделения младший сержант Рома Петров – тебе, Сёма как раз в это время, когда она появляется, заступать на пост. Смотри, патроны зря не трать!». И деды громко засмеялись. «Филиппов, иди сюда!» – позвал Рома. «Ну, чего надо?» – отозвался худой длинный черпак Андрей Филиппов, по кличке «вышка». «Ты как с дедушкой разговариваешь? Бегом ко мне!» – сделал вид, что рассердился Рома. Вышка, нехотя оторвался от письма, которое он писал на тумбочке, нелепо размахивая длинными худыми руками, подошёл к зовущему. «А расскажи-ка нам, Андрюша, как ты по зелёной женщине стрелял, хотя тебя предупреждали, чтобы ты этого не делал!» – Танин сделал зверское лицо, но не выдержал и сам первый рассмеялся. Глядя на него, засмеялись и все присутствующие. «Да ну вас!» – Андрей развернулся и, смеясь, той же нелепой походкой пошёл обратно. «Хорош байки травить! – послышался бас Цепина – Одеваться и выходи на развод строиться!». Сёма, застёгиваясь, подошёл к Филиппову: «Слушай, это что, правда?». «Сам увидишь» – отмахнулся от него Вышка.