Спящий на ходу Петров, довёл его до поста, услышав: «Пост сдал! Пост принял!», повёл Танина в караулку. Был тот предрассветный час, когда ещё всё живое ещё спит, но уже готовиться встретить новый день. Сёма пошёл по тропинке. Обошёл периметр, решил осмотреть склады и свернул в заросли. И вот когда он проходил мимо пожарного щита, услышал какое-то шуршание. Оно шло с противоположной стороны щита. С Сёмы слетела дремота. Он остановился, шуршание тоже прекратилось. Сёма пошёл, шуршание возобновилось. Сёма потихонечку снял автомат с плеча, двигаясь медленно к краю щита, опустил флажок предохранителя. Он явственно различал, как кто-то двигается с той стороны щита. Подойдя к краю щита, Сёма одним движением выпрыгнул за него, загоняя патрон в патронник, готовый к стрельбе. Но тут же опустил автомат и рассмеялся. На него из-за щита смотрела небольшая дворняжка. Сёма поставил автомат на предохранитель, погладил дворнягу по голове, присев, и почувствовал, как на него навалилась усталость. Не поднимаясь с корточек, Сёма прислонил голову к щиту. Долго он так сидел или нет, Сёма не помнит, но тут он увидел её. Зелёный силуэт женщины, на фоне зелени. Черты лица было не разобрать, но было видно по силуэту, что она молода. Длинные волосы развивались, хотя ветра не было. Она двигалась в его сторону, но в тоже время не шевелила ни руками, ни ногами. Сёма хотел крикнуть, как положено: «Стой! Кто идёт?», но не мог. Хотел поднять автомат, но руки стали ватными. А женщина всё ближе, вот он уже рядом и вдруг исчезла. Сёма открыл глаза, в руках он крепко сжимал автомат, голова по-прежнему покоилась на пожарном щите. Что это было? Сёма вытер пот рукавом, вовсю щебетали птицы, рассвело. Был это сон, или нет, Сёма не мог себе ответить. Он услышал голоса – это шла смена. И идя в караулку, Сёма даже не отвечал на колкости, которые отпускал, выспавшийся Петров.